Работает магический контроль!

– А не пошли бы вы, кем-то там уважаемый инквизитор Мунн, – слова даются с трудом, – к гарпии в задницу! – последняя фраза тонет в надсадном кашле.

Кислорода все меньше, в глазах темнеет. Мгновение, и я начинаю проваливаться в темноту беспамятства. Где-то на краю бездны меня подхватывает чужая освежающая, как родниковая вода, магия. Она кружит в танце среди серебряных брызг, возвращая в реальность.

Все тот же кабинет и Вик, крепко прижимающий к стене магией.

– Я. Не. Приемлю. Ложь, – чеканит каждое слово командир.

Киваю, тут же хватаясь за шею в поисках следов удушения.

– Сейчас. Ты. Все. Расскажешь. Честно.

– Не привыкла трясти грязным бельём, – огрызаюсь, глядя на него исподлобья. – И ради вас менять привычки не стану! Вы ничего не понимаете! Бешеная метла! Никогда не поймете! Вы…

Кулак ударяется в стену рядом с моей головой.

– Амелия…

– Мисс Вольт. – Поднимаю нос вверх, чтобы казаться увереннее. – Неужели так сложно запомнить?

– Села, – рычит мужчина.

– Что? – возмущенно взвизгиваю.

– Села! – Его магия резко толкает в направлении стула. – Или ты сейчас все рассказываешь по порядку и честно, или сегодня же отправляешься домой, к своему отцу!

– Но…

– Хочешь составить компанию жениху в камере?

Да пошёл ты, господин старший инквизитор!

Капитан Людовик Мунн, старший инквизитор службы магического контроля

Не нравится мне этот Влчек. Есть в нем что-то неживое, фальшивое. Чутье внутри просто воет, что нельзя его отпускать.

Еще раз бегло оглядываю допросную из-за стекла. Невысокого роста, щуплый блондин в клетчатой рубашке поправляет трясущейся от волнения рукой очки. Даже обмочился от страха при виде следаков.

Но ведь решился, засранец, на нападение. Мутный он.

– Что думаешь? – Из допросной выходит инквизитор Митчел.

Не могу сказать, что мы с ним закадычные друзья, но приятельствуем со времен моего переезда в Стоунфит.

– Мутно. – Морщусь от головной боли.

– Согласен, но прикопаться пока не к чему.

– Пусть ночку позагорает тут. – Жму руку приятелю, прежде чем направиться к себе в кабинет.

Надо разобраться с одним своим очень интересным сотрудником. Тем более что вся служба бурлит слухами из свежей прессы. Папаша Вольт запустил информацию о своей единственной дочурке в тираж. Но пока абсолютно не ясно зачем. Грязный пиар? Так их фамилия и без этого звучит из каждого утюга.