«Казаки-разбойники»

Ночная сорочка за ней развевалась пузырем, растрепанные космы ниже плеч полоскались победным знаменем у нее за спиной, и при этом, она без конца повторяла:

– Погоди, миленькая, я сейчас, я быстро…

Я попыталась ее урезонить:

– Валька, да погоди ты!!! Нормально все у меня с сердцем… Слышишь… – Но она не слышала, продолжая бегать по дому, одновременно пытаясь натянуть поверх рубашки платье, и ногой нашарить свои туфли. Рука никак не могла пролезть в рукав, и она принялась нецензурно выражаться. Я кое-как поднялась на ноги и доползла до скамьи возле стола, уселась на нее, и наконец выдохнула с некоторым облегчением.

Увидев, что я уже сижу, подруга отбросила в сторону платье, так и не сумев его натянуть, и опять кинулась ко мне.

– Тебе сейчас нельзя двигаться…

И тут я уже рявкнула.

– Да угомонись, ты, неуемная!!! Со мной все хорошо!!!

Мой рык произвел на нее впечатление, и она встала столбом, с недоумением глядя на меня. А я, чтобы закрепить успех, уже спокойнее проговорила:

– Сядь и не мельтеши.

Вон, Ваську до смерти напугала…

Кот и вправду, чтобы уберечься от ее метаний, забрался под стол, и оттуда выглядывал с жалобным мяуканьем. Валюха плюхнулась на скамью рядом, и, косясь на меня с подозрением, спросила:

– Ты и вправду в норме?

Я с тяжелым вздохом ответила:

– Вправду, вправду… Не могу сказать, что совсем в норме, но с сердцем все в порядке.

Подруга обескураженно посмотрела на меня, и недоверчиво проговорила:

– Тогда чего на полу сидела?

Я опять вздохнула, пытаясь сообразить, как бы ей подоходчивее рассказать, что случилось, чтобы она опять не начала метаться.

Не иначе, как с перепугу, ничего умного в голову не приходило, и, мысленно махнув рукой на все, я выдала:

– Тут сейчас привидение к нам приходило…

Я опасалась, что подруга опять кинется мне лоб щупать или пульс считать, но обошлось. Она вытаращила на меня свои кошачьи глаза и выдохнула:

– Иди ты…! Дед приходил? – И тут же, не ожидая от меня ответа, на поставленный вопрос, скорбно поджав губы, обвиняющим голосом проговорила.

 – Ну вот! Я же говорила! Ему, наверняка, не понравилось, что мы у него на поминках песни поем…

От такого ее утверждения я слегка опешила. Пару раз хлопнула ресницами, не зная, то ли мне смеяться, то ли плакать. А Валька уже принялась развивать тему, усевшись на своего любимого конька (она, по неведомой причине, сама себя считала знатоком потустороннего мира).