Замуж за орка, или Эльфы тоже плачут

 – Что им мешало остаться жить в своих лесах!? Милые, безобидные существа, ненавидящие войны и никогда не берущие в руки оружие! Варили бы для избранных эликсиры молодости и долголетия, выдавали иногда своих женщин замуж за принцев, и все были бы счастливы! Насколько была бы проще жизнь, не займи их место эти надменные ублюдки! Остался бы в Зеленом Лесу дивный народ, и пришлось бы всего лишь прятать от распутных эльфов малышку Элизу, а не отдавать ежегодно в казну огромный налог на поддержание армии! Чтоб этому извращенцу Эриндриэлю, который, как говорят, увел свой народ в другой мир, чихнулось в самый неподходящий момент!»

Желать чего-либо более опасного герцог не рискнул: кто этих магов знает, еще замучает вернувшаяся бумерангом магическая отдача!

В оглушительной тишине раздался громкий чих.

– Извините, – клыкасто улыбнулся шаман и элегантным жестом достал из кармана кружевной носовой платочек, который в его огромных лапах смотрелся крайне неуместно.

Элиза скривилась и про себя ехидно усмехнулась: можно подумать, он в своих степях живет в теплом дворце. Может, еще и с центральным отоплением?

– Ах, позвольте предложить вам горячего вина!

Баронесса Шанари шла сквозь толпу, словно горячий утюг через тончайшие чулки из паутины арахнов.

– Кто эта… милая э-э … э-э… милая… – хан Дри явно не знал, как назвать надвигающуюся на него баржу.

Баронесса на этот раз превзошла себя. Ее наряд полностью повторял  утренний наряд шамана. Белые лосины, высокие ботфорты, черный удлиненный мужской камзол и белоснежная рубашка с пышными кружевами. Без баронессы наряд смотрелся бы умопомрачительно, но сейчас его портило тело, находящееся внутри.

– Баронесса Шанари! – возмущенно воскликнул герцог. – Вы одеты неподобающе для приличной девушки!

– Где он увидел приличную девушку? – шепнула Элиза на ушко Лисан, и обе прыснули, прикрывшись веерами.

– Нет, нет,– перебил герцога шаман. – Баронесса выглядит очень э-э … необычно и чувственно. Так и хочется провести ладонью по ткани, чтобы понять, так ли она приятна на ощупь, как на вид.

– Вино, – с придыханьем произнесла баронесса, не спуская с орка восторженного взгляда. – Горячее… очень горячее…

– О, да… –  в хриплом голосе шамана появились воркующие нотки. – Вино. Горячее. Ведите, моя прелестница.