Кадриль с выходом, или Проклятущий принц

Эсмонд сменил партнёршу и теперь с ним щебетала обладательница роз, похожая на свадебный торт.

К обособленно стоявшим девушкам подходили кавалеры, Юлянка извинялась за себя и за подругу и отказывала. Мужчины разочарованно вздыхали. Видно было, что им не терпится порасспросить участницу отбора, каким образом та провернула свой фокус, и можно ли научиться такому трюку. В зале то тут, то там, раздавались взрывы хохота. Не скоро ещё двор забудет выдающиеся формы Савки.

– Давай отойдём, – Юлянка потянула подругу к алькову.

Покидать зал нельзя, пока испытание не завершится, а спрятать подругу от всеобщего любопытства хотелось.

Магическая завеса их узнала и легко пропустила на веранду. Звуки доносились сюда приглушёнными, можно спокойно поговорить.

Остановились у стеклянной стены, обнялись и застыли как два ростка от одного корня. Печально смотрели на бушующие красками клумбы. Алые бегонии гармонично сочетались с обрамляющими их вербенами белого, свекольного, морковного и фиолетового цвета.

Высаженный по краю колеус контрастных оттенков ненавязчиво подчёркивал нежность цветов. Можно было любоваться растениями бесконечно, мешала ноющая в сердце тревога. Юлянка заговорила первой:

– Кто такая эта Савка?

Белетта, напоминающая натянутую до предела струну, едва заметно покачала головой:

– Не представляешь, как трудно было разыскать её.

– Бастард Дола Юджина, – раздался за спиной низкий голос. – Можно я войду?

Обернувшись, Юлянка увидела висящую в арке летучую мышь.

Кивнула, позволяя обернуться. Плотнее обняла подругу, та приникла к плечу и задрожала, всхлипывая. Напряжение начало отпускать понемногу. Айн, приняв вид человека, подошёл к стеклу и тоже уставился на цветник. Белетта тихо поскуливала. Юлянка одними губами прошептала в сторону:

– Рассказывай, не тяни!

Тень, всё так же задумчиво созерцая цветы, начал говорить.

Мать Рианы умерла, когда девочке исполнилось семь лет. Вдовца довольно быстро утешила одна демоница. Была это любовь, или морок, с уверенностью сказать невозможно, однако узнав о тяжести любовницы царь негодовал: та обещала предохраняться.

Демоница клялась, что пила изгоняющий отвар, но то ли травы ей подсунули негодные, то ли заклинание подвело, зачатье случилось.

Попытки избавиться от плода оказались безуспешными – Савка слишком сильно стремилась появиться на свет. Усилия по прерыванию беременности сказались на здоровье роженицы, она испустила дух с первым криком младенца.