Ледяное сердце герцога

Бессмысленно уходит время! Принимать знаки внимания Приэмма она не могла, отказывалась от прогулок, от совместных трапез и бесед. Девушка не хотела тешить пустыми надеждами влюблённого симпатичного ей человека и опасалась, что отъезд герцога лишь проверка: после возвращения Эдуан расспросит подчинённых о том, как гостья проводила время, пока он отсутствовал.

Луззи жила затворницей, изредка позволяла себе прогулки в небольшом саду, сопровождал её камердинер герцога. Старик, огорчённый отказом хозяина взять его в путешествие, утешился возможностью заботиться о леди.

Граф Солоу наблюдал комичную пару со стороны: высокая печальная девушка выступает размеренным шагом, и сухонький небольшой старик, широко жестикулируя, семенит рядом и рассказывает ей что-то. Гостья скучала в Эдунском замке, граф страдал от её равнодушия, герцог тем временем колесил по королевству, надеясь разыскать учёного-изгоя, дабы избавиться от наваждения и с чистым сердцем предложить леди Стоун свою руку и титул.

Громм для начала посетил графа Горроу.

Дядюшка удивился его приезду, первому за долгие годы. Счёл это хорошим признаком, по-видимому, ожидаемые перемены произошли, племянник начал проявлять интерес к чему-то помимо военного дела. Узнав о деликатной теме, которую хочет затронуть молодой человек, граф пригласил его в кабинет, подальше от лишних глаз и ушей.

Грэг только руками развёл в ответ на расспросы:

– Больше двадцати лет прошло. Уже тогда колдун был немолод, скорее всего, он покинул наш мир.

– Человек, изобретающий лекарства от болезней, которые все считают неизлечимыми, способен и в собственном теле поддерживать жизнь.

– Но я ничего не слышал о нём. Если бы кто-то ездил за исцелением…

Эти доводы герцога не убедили. Вряд ли кто-то, как и он сам, начнёт трубить направо и налево о тайных болячках.

– Кому дедушка рассказал, где добыл лекарство? – Громм указал на шкатулку, которую вернул дяде.

– Только мне, а я Эмми и тебе, – дядя понимающе кивал, – ты прав, любой постарается скрыть посещение королевского изгнанника.

Возможно, он жив и здравствует. Проверить стоит.

Граф медлил, с любопытством глядя на красивое лицо племянника, потом подошёл к громоздкому покрытому зелёным сукном столу и принялся выдвигать тяжёлые ящики один за другим.

– Я просматривал отцовские бумаги, нашёл четыре безымянных адреса. Есть ли среди них нужный, не знаю.

Наконец, он достал потрёпанные листы и протянул их Громму.