Оплата по договору

Что делать? Возвращаться в парк в надежде, что посетитель свалит? А если будет караулить? Фи… делать ему больше нечего, как пасти претендентку на должность, когда та больше ни на что не претендует. Что называется, баба с возу…

Я уже стала ощупывать пульт, отыскивая кнопку первого этажа, как лампочка в потолке вспыхнула, а двери поехали в стороны. Оу!

Леонид качнулся, намереваясь шагнуть в лифт, и отпрянул. Его брови удивлённо взметнулись, а лицо стало таким домашним, почти родным:

– Полина? Здравствуй, а я к тебе.

– Доброе утро, – формально ответила я, – чем обязана?

Забыла, что на роликах, шагнула и едва не рухнула. Собственно, почему не рухнула? Свалилась в объятия. Леонид довольно ловко меня удержал от падения. Теперь мы стояли в обнимку на лестничной площадке.

– Всё хорошо? – спросил он.

Очень хорошо. Никогда мне так хорошо не было. Крепкие мужские ладони придерживали за талию. Терпкий аромат знакомого парфюма заполнил грудь – кончик носа едва не касался гладко выбритой щеки.

– Извините, – сипло проговорила, пытаясь отстраниться.

Меня отпустили не совсем. Леонид придерживал, помогая продвигаться мимо соседних квартир. Я чувствовала себя подвыпившей секретаршей, уходя с корпоратива под руку с начальником. Повезло ещё, что Виолетта Матвеевна убралась к себе!

– Вот, – Леонид указал на подарочную коробку из дорогой кондитерской, стоявшую на ящике у моей квартиры, – принёс твои любимые эклеры.

Мамочка родненькая, что творится-то?

Поймав мой затравленный взгляд, уточнил:

– Ты не одна?

Весьма своевременный вопрос. Особенно, если учесть, что Леонид минут десять, наверное, трезвонил, раз соседка вышла. Что за бой-френд у меня такой невосприимчивый, если не открыл? Ленивец, не иначе.

Очень хотелось ответить утвердительно и распрощаться. Ну, как хотелось? Что-то такое подсказывал здравый смысл. А хотелось совсем другого.

***

Плюхнулась задом на табуретку в прихожей, низко опустив голову, начала расшнуровывать ботинки. Леонид стоял, держа на весу коробку с эклерами.

– Проходите на кухню, – выдавила едва слышно. Прочистила горло и добавила громче: – мне нужно три минуты.

В ванной комнате возникло детское желание задвинуть щеколду и переждать.