Оплата по договору

Какой смысл напитываться, когда тебя в любой момент могут тупо взорвать!

Она всё ещё держала на коленях подаренную мной книгу, теперь же наклонилась, чтобы не закапать, и жадно выпила морс.

– Так нельзя рассуждать, – теперь учительствовала Любаша, – нам неведом отмеренный срок…

Слушать её совершенно не хотелось, я стала рассматривать зал, где появились танцующие пары, мысленно удивляясь тому, что именинница проводит день рождения не с мужем и друзьями, а с двумя фанатичными дамами. Ненадолго отвлеклась, очнувшись от прикосновения и окутавшего меня аромата «Шанель номер пять»:

– Пойдём, покурим?

Я покорно поплелась за Татьяной и уже на улице призналась:

– Я, вообще-то, не курю.

– Я тоже. Надоели. Просто подышим.

Мы обошли здание и расположились на пустующей детской площадке. Таня стала покачиваться на качелях, вполне удобно поместившись на небольшом сидении, я прислонилась плечом к металлическому столбу турника, приятно ощущая прохладу. Петли слегка поскрипывали, аккомпанируя неторопливому рассказу.

– Мы с мамой родились в один день. Она называла меня своим главным подарком, ведь я появилась на пятнадцатом году брака. Представляешь? Никто уже не верил.

– Похоже на чудо, – согласилась я.

– Чудо, – повторила Таня. – Самое печальное, что это чудо виновато в её смерти.

– Да ладно! – не поверила я. Читала о покушении на бизнесмена Арестова, в котором случайно пострадала его супруга, дочь-подросток не могла быть даже косвенной причиной.

– Я не об этом! – сильнее качнулась рассказчица и поджала ноги, постепенно замедляясь: – Мы всегда праздновали здесь.

Снимали два зала: для взрослых и для детей. Мои шестнадцать собирались отметить особенно, а вместо этого я оказалась в психушке.

– Что?

– Ну… Некоторые называют это психологической реабилитацией, но сути это не меняет. С тех самых пор не могу в этот день никого видеть, кто знал меня раньше. И маму. С Надеждой познакомилась в центре, она работала санитаркой. Отец заметил, что женщина привязалась ко мне, нанял домой.

Не хотел оставлять без присмотра, опасался, что наложу на себя руки.

Что тут ответишь? Чем успокоишь? Я почти решилась предложить ей сбежать отсюда и поехать в Сокольники. В Гелиной тусовке точно нет людей, знавших Таню и её мать. Даже рот открыла, но Татьяна опередила меня:

– Приедешь ко мне как-нибудь? Могу Ромика прислать для простоты. А? Посидим, поболтаем. А?

Леонид совершенно прав, его жене нужна подруга.