Снежинка и её Ветер

 – Как хозяйка покинула нас, у сестры обитаю, а сюда заглядываю, лишь порядок поддерживать в память о своей ненаглядной.

– Мы не столоваться пришли, – ответил Фатху. – Спасибо, что принял.

– Говори.

Слушал волшебник внимательно. Глаза прикрыл, но не спал – думал. Когда Фатху замолчал, посмотрел на Снежану:

– Что чувствовала, когда в шар смотрела?

Девушка пожала плечами:

– Ничего особенного. Интересно было. И… и тепло, когда брата увидела.

– Брата?

– Мне так показалось. Мальчик там был, смотрел на меня так… будто родной мне человек.

– Брата, – вздохнул старик и покачал головой: – Разочарую тебя, Фатху. Я ведь так, средней руки колдун. Жена была магиней. Подсказывала, направляла. Сама не хотела во главу двуликих вставать. Мол, женщину уважать не станут. Как ни уговаривал, всё бесполезно.

– А что с ней случилось? – Снежана не могла поверить, что сильная магиня умерла раньше обыкновенного колдуна. – Разве волшебники не живут долго-долго?

– Может, и жива, – печально сказал Суоме, – только нет её здесь.

Они сидели, молчали. Фатху покачивал головой, старик размышлял с закрытыми глазами, а девушка осматривалась. Заметив стеклянный шар на пыльной покосившейся полке, вскрикнула:

– Ой! Упадёт! Разобьётся! – вспорхнула как птаха из травы, кинулась в сторону и схватила шар. Через секунду полка потеряла равновесие и закачалась на одном гвозде. Стоявшие на ней мелочи посыпались на пол.

– Ну, раз спасла, – глубокомысленно изрёк Суоме, – твой теперь шар. Надо лишь убедиться, что слушается тебя.

 – Старик пошевелил бровями и похлопал по столу ладонью.

Снежана поставила магический предмет в центр, села на лавку, поднесла к шару ладони, сложив пальцы, как делала ведунья, и запричитала:

– Возьму солнечный лучик, спряду золотую нитку, свяжу тонкую фату, наброшу на волосы хозяйке, спрошу у ветра, спрошу у птицы, у зверя и рыбы: куда ушла, где прячется, кого позабыла, кому не угодила?

Закружилась в шаре пурга, да быстро улеглась, показывая белый храм, едва заметную тропу и свернувшегося калачиком волчонка у забора.

Спустя мгновение картинка сменилась. Теперь это была белая комната, в центре которой стояла немолодая женщина, смотрела она прямо в душу Снежинке.

– Она! – закричал Суоме. – Моя Креола! Креола, зачем ты покинула меня?

Женщина повернулась, одарила старика улыбкой и укоризненно покачала головой, потом снова посмотрела на Снежану и совершила благословляющий жест. У девушки пальцы задрожали от волнения.