Три опалённых грозою года

Риделлу сперва показалось, что началось землетрясение и рушатся горы, но потом он увидел – это всего лишь смех драконов. Они смеялись, утирали глаза костистыми лапами, чудом их не выкалывая, смеялись, уткнув головы в гигантские крылья… Наконец, нахохотавшись вдоволь, бело-золотая Драконица сказала:

– Ты даже сейчас тянешь Силу. У нас, у дружка. Сам того не замечаешь. Слабо вернуть украденное? В конце-концов, твои собратья – люди – серьёзно нас потрепали своими постоянными нападениями. Это было бы справедливо.

– Не делай этого! – зашипел Меддок.

– Я согласен, – безрассудно сказал Риделл, – берите сколько нужно.

Чтобы тянуть Силу из чародея, нужно его недвусмысленное согласие. Впрочем, без согласия тоже можно, но это труднее – надо ломать щиты. …Именно это согласие Рид сейчас и дал, не подумав.

Никогда прежде никто не пил его Силу. Тем более никогда из него не пили десятки здоровых Драконов. Чувство было такое, что его рвут на части, медленно и с наслаждением забирают всё без остатка.

– Агго! – услышал он словно через вату обеспокоенный голос Мэддока.

Риделл попытался успокаивающе улыбнуться другу, но куда там. От слабости он лишь рухнул на колени. Так вот что чувствовал Смит… На голову словно платок накинули – Рид почти не слышал испуганных криков друга и возбужденного рыка драконов. Он практически ослеп, размытые очертания предметов плыли у него перед глазами.

Вот теперь Рид действительно испугался. «Нет! – мысленно закричал он. – Я отзываю согласие! Отзываю!» Но ничего не произошло.

Он был слишком слаб, чтобы остановить драконов. Грудь сдавило, сердце дало сбой, и Риделл ускользающим сознанием услышал тихий смех бело-золотой драконицы:

– Ах, бедный мальчик. Бедный глупый мальчик…

Внезапно всё прекратилось. Исчезла боль от истончающейся, исчезающей магии, грудь перестало сдавливать, и Риделл быстро и глубоко задышал. Он не мог надышаться.

Мощный порыв песка и ветра обдал его, и на землю перед ним опустился гигантский чёрный дракон.

По сравнению с этим монстром все остальные чудища, коих тут было больше десятка, казались крохотными щенками.

А в следующую секунду бело-золотая драконица заверещала от боли, да так, что у парней волосы встали дыбом.

– За что?! – взвыла она. – За что?!

– Верни мальчику то, что взяла, – приказал чёрный дракон громовым голосом.

Драконица хотела было что-то возразить, но снова вскрикнула от боли. Её крылья забились, как у бабочки, приколотой к стене.