Босиком по битым стеклам 2. Арлиэлла. Опасные тропы Ангоры

И не в светлом исполнении, а в самом, что ни на есть, темной, чуть ли не некромантия, богами проклятая!

– Вернулась детонька! – засуетилась, залопотала Дангута – Красавица наша вернулась, глазки открыла светлые! – а сама ломик тяжелый с навершием литым наготове держит. Мало ли, вдруг у дитя невинного зубы отрастут с локоть длиной, да глаза алым засветятся?

– Не суетись, Железноносая! – Стерха ловко оттерла Дангуту от Арлиэллы, которая, округлившимися от непонимания глазами, рассматривала себя в столь странной люльке, из нутрева чудовищного изготовленной – Она это, не сомневайся, дурында, твоя драгоценная госпожа, немного, правда, потемневшая, но живая, в своем уме и добром здравии!

Арлиэлла заворочалась, выдирая из спекшегося вонючего мяса свое легкое тельце, а Дангута, насторожившись, переспросила у Стерхи, уточняя непонятое, ломик стискивая, побелевшими от напряжения, пальцами.

– Что значит, потемневшая? Она теперь, что – Темная? Ведьма, как и ты?

– Темная, светлая! – фыркнула Стерха, на лице которой жили одни лишь черные глаза, сверкавшие, как агаты – Какая тебе разница, Железномозглая? – отмахнувшись от тревог полугномки, горянка помогала девочке выбираться из плена плоти, ужи окончательно издохшей, нежити – За Гранью она побывала, дурында, понимаешь, ли? Вернулась оттуда путем Темного бога, при помощи некромагии, хотя, сама-то живая, живее многих.

Дар у нее темный открыться может и откроется обязательно, коли она вновь между жизнью и смертью очутится! Она ж, дитя, талантами не обделенное! Великая магиня может случится однажды!

– Ась? – Дангута затрясла головой, не понимая.

– Коли еще раз девчонка умереть сподобится и воскреснуть, то некромантия в ней проснется, а не только Стихии. – рявкнула, потерявшая всякое терпение, Стерха – До тех пор, она – обычный ребёнок с развитым даром. Так – понятно?

– Понятно – сговорчиво подтвердила Дангута, опасливо посматривая на взбешенную Темную. И, чего взбесилась-то? – Глаз с госпожи не спущу! Ни на шаг не отойду! Не нужон нам и даром некромансер поганый! Хватит с нас и одной ведьмы с темным даром!

– Это уж, как, великая Пара решит – буркнула себе под нос Тёмная, понимая здраво, что, по сути, великую Двойку – великой Тройкой величать следует.

Ибо Темный, как есть – божество могущественное, пусть и недоброе, а то, что спит он, сном крепким, так то, есть благо для всех живущих, и темных, и светлых. Неизвестно еще, что в голову Темному божеству втемяшится при пробуждении.