Босиком по битым стеклам. Сиротка из Больших гулек

Кричали – пожар! Спасайтесь, люди добрые! Горим!

Кто-то поминал Аму, кто-то – Апу, кто-то, кого-то куда-то посылал, кто-то, наоборот, истошным голосом созывал родных и близких.

Шум. Суета. Бестолковая беготня и потеря драгоценного времени!

Но про Елену так никто и не вспомнил!

Да и кому до неё какое дело? Герцогу? Толстяку целителю? Хмурым гвардейцам или тому безопаснику с неприметным лицом?

– Нет – решила Елена, кусая губы – Спасение угорающих – дело рук самих угорающих!

Девушка бросилась к дверям, прямо так, как была – в просторной ночной рубахе, в колпаке, с распущенными волосами и босиком.

Она ткнулась в двери, откинула щеколду и принялась биться о шершавые доски, точно крупная летучая мышь о стекло и таким же нулевым результатом. Двери не поддавались. Что-то держало их снаружи, не оставляя несчастной девчонке шансов на спасение.

– Замуровали демоны! – пронеслось в мозгу у перепуганной Елены – Врёшь – не возьмёшь! – и она, отскочив в сторону, хорошенько разбежалась и со всей дури врезалась в препятствие, отбив плечо о твёрдые доски.

Дверь не устояла!

Елена вывалилась в коридор, радостно вереща, летела, точно мотылёк на пламя свечи и тут же юркнула обратно, потянув дверь на себя и закидывая затвор обратно.

На всём этаже ярилось пламя, отрезая несчастной путь на волю.

– Так и сгореть недолго! – Елена заметалась в тщетной попытке собрать разбегающиеся мысли в кучку – Чёрт! Чёрт! Что же мне делать?

Стряхнув с головы ночной колпак, она намочила его водой из кувшина и намотала импровизированную маску на лицо, зацепив за ушами, а затем, отбросив прочь сомнения, кинулась к окну.

Хвала Аме, она не толстуха!

Ха, как часто противная Улька, да и сестрица её единородная, Алька, надсмехались над худосочной и стройной Арленой! Мол – худа, да костлява! Ни в жизнь, сироте отощалой себе мужика не отыскать! Мужики, мол, не собаки, на кости не бросаются! А бросаются на пышный бюст, высокую попу, круглые бока, да и прочие достоинства, коих нет у бедной сиротки.

Да и откель им взяться – небось, кашу молочную с маслом, колбаской кровяной Елена не заедала, да по три пирога с курятиной на ужин не съедала, как некоторые!

И, слава Аме!

Елена просунулась в узкое окошко без особого труда и вылезла наружу, выпрямляясь в полный рост.