Босиком по битым стеклам. Сиротка из Больших гулек

Они и сами бы вам подали, да мантия ещё не высохла, вот и сидят, дожидаются.

Елена внезапно заупрямилась. Лекарства обычно принимают после или во время еды – почему-то вспомнилось ей – лучше усваиваются, да и для желудка пользительно. А её желудок и не кушал ещё!

– Не стану! – заявила девушка решительно, отталкивая услужливую руку с кувшинчиком и широко зевнула – Вот поужинаю и тогда!

Ещё какая-то неправильность резала глаза, но Елена, устав в дороге, никак не могла сообразить – что же не так с этой служанкой?

Она не ожидала подвоха, за что немедленно и поплатилась – рослая девица, резво прыгнув вперёд, повалила Елену на кровать и принялась душить.

Елена, истошно взвизгнув, отбивалась изо всех сил, широко раскрывая рот в попытках добыть малую толику воздуха.

Длинная рука лже-служанки потянулась за кувшинчиком – во чтобы то ни стало, девица желала напоить Елену лечебной гадостью.

– Наверное, Огюстен насмерть застращал несчастную подавальщицу – оторопело подумалось Елене – Ну, гад настырный!

И она начала отбиваться уже всерьёз.

– Будем пить лекарство, а затем, спать! – зловеще улыбнулась девица – Вечным сном! – и, выпростав из – под длинной юбки, ногу в высоком кожаном сапоге, уже ногой придавила несчастную жертву.

Елена всё поняла.

Вот оно! Вот! Та самая мерзкая тройка дворян твёрдо вознамерилась её извести! Мстительные аристо! На дуэль девушку им не вызвать, так они решили её отравить и подослали эту.. эту… Заплатили мерзавке, она и старается, серебро поганое отрабатывает! И, сапоги! Разве может обычная трактирная подавальщица позволить себе настоящие сапоги? С железными набойками?

– Убийца! – захрипела Елена, синея лицом от натуги – Гадина!

– Ещё какая! – гордо подтвердила девица – Самая лучшая! За золото работаю, не за медный грош!

Веснушчатое лицо опасно приблизилось и кувшинчик навис над губами обречённой жертвы, но тут хлопнула дверь и объявилась запропавшая Лулу.

Лулу бросилась на отравительницу, точно коршун, но та отбивалась от неё вполне успешно, а Елена всё хрипела и хрипела, не в силах раздышаться.

Зловещий кувшинчик так и остался стоять на столе.