Хмурый город. Ночные твари тоже смертны

Эх, плохая примета возвращаться, а что делать? Коммунизм в нашей стране все никак не построят, потому и в «маршрутке» меня никто бесплатно не повезет. Да и как без телефона? Словно голая из дома вышла.

Девушка некрасиво скривила губы, обидчиво шмыгнула носом и почти бегом рванула обратно, радуясь тому, что не уступила соблазну и обула на ноги удобные «тенниски» на плоской подошве. Хороша бы она была сейчас, бегущая сломя голову, в нарядном платье и босоножках на каблуках. По разбитому асфальту только на каблуках и бегать – мигом без них останешься, да еще и упасть можно.

По лестнице взлетела махом, вспорхнула легко, мимоходом отметив, что говорливая соседка испарилась самым чудесным образом, а не болтается по двору, поджидая очередной объект для новых сплетен. Время катастрофически поджимало, но девушка все равно, слегка отдышавшись после стремительного восхождения на третий этаж, тихо приоткрыла дверь, моля Бога о том, чтобы та не скрипнула и не оповестила противного родственника о возвращении блудной дщери в родные пенаты.

С него станется потащить ее умываться. Тот еще жук!

Скользнув в узкую щель, Каролина вздохнула с облегчением – дядька с удобствами обосновался на кухне, поближе к продуктам питания. Вон нога его видна, вполне отчетливо. Правдолюб! И обличитель Зла, а сам ввалился в чужую квартиру и даже не разулся.

Голоса слышались громкие и возбужденные. Верещал, конечно же, дядя Сеня, мама отвечала тихо, без эмоций, односложно.

Каролина, подхватив свой нарядный рюкзачок, невольно прислушалась к разговору, а прислушавшись, впала в ступор, беззвучно открывая и закрывая рот, подобно рыбе, выброшенной из воды на берег жарким днем.

– Я тебе так скажу, Наталья! – голос дядьки звучал скрипуче, точно несмазанная дверца шкафа – Георгий, брат мой – дурак-дураком.. прости Господи. Как был дурнем по малолетству, так и помрет не изменившись. А все потому, что меня, брата старшего, умного, не послушал в свое время. Мало того, что тебя, кошку блудливую, в дом приличный привел и женой законной сделал, так и девку твою, наглую, нагулянную невесть от кого, воспитывает.

Одевает ее, неблагодарную, кормит и учит, к тому ж. Деньги большие платит за ученье это. К чему девкам науки постигать, я никак в толк не возьму. Созрела к замужеству и под венец ступай, блуд не плоди! Известно ж – да убоится жена мужа своего! Ты ж, Наташка, по чести – какая жена? И дочка твоя, такая же проститутка, как и ты растет.