Хмурый город. Ночные твари тоже смертны

– Давай! – дядька Сеня глядел насмешливо и даже жалостливо. Развалившись на стуле, точно хозяин, он продолжал ощупывать Наталью липким взглядом – Кто тебе поверит, шалава? Я его брат, родной, единственный! Кровь его! Он лишь мне и поверит, как родичу и семье своей. А ты – неизвестно еще, родишь ли? Может, скинешь? Может, сама с балкона выпрыгнешь? А???

Лицо сектанта стало страшным и мать невольно попятилась, осознав, что брат мужа куда как сильнее ее. Мало ли что на уме у сумасшедшего сектанта? Вдруг, кинется?

– Поверит- поверит.

 – Каролина ворвалась в комнату и пнула стул на котором восседал упырь. Хорошенько так пнула, того аж повело – Уматывай давай, пока время есть. Я-то точно молчать не стану, отцу все расскажу. Довел мать до слез, гад! Ей, в ее положении, волноваться противопоказано – вредно! Про аборт, вообще, зря заикнулся – отец тебе того ни в жизнь не простит!

Дядька схмурил брови и взглянул на девушку брезгливо, с превосходством.

– Цыц, тля! Мала еще на старших голос повышать.

А скинет, так и не велика беда. От поганой утробы только нечистый плод народится может.

Каролина искоса взглянула на мать – обычно сдержанная женщина тихо всхлипывала и девушку понесло.

– Ты, гад, не первый раз ее обрабатываешь – прошипела она зло, сжимая пальцы в тугие кулаки – Совсем рехнулся на старости лет!

Дочь приблизилась к матери, обняла ее одной рукой и набрала отца, наплевав на то, что тот, конечно же, слегка разозлится от того, что его беспокоят на работе.

– Папа – Каролина смотрела на дядьку в упор, насмешливо и презрительно. Она его ничуть не боялась, и он знал об этом – Я тебе запись одну сбросила… Послушай, тебе полезно будет.

– Ты дома? – отец слегка удивился и обеспокоился – Что-то случилось? С мамой?

Каролина едко улыбнулась – вот тебе и на! Отец не злится, хотя сам всегда запрещал звонить ему на работу. Он мог быть на обходе или на операции и не любил, когда его отвлекали.

– Это важно, папа. – Каролина сама удивлялась собственному спокойствию – Перезвони.

Дядька криво ухмылялся – у него не было телефона, и он не знал о том, что его разговор с матерью Каролина записала и отправила отцу. С каким наслаждением девушка стерла бы с его лица эту мерзкую ухмылку.

– Сейчас буду. – голос отца звучал глухо и тихо. Он, словно бы винил себя за случившееся. – Сиди дома с матерью, никуда не уходи, дочь.