Наследница достойных

Я тоже молчала, погружённая в противоречивые думы. Умытая, причёсанная и одетая в дорожное платье, я подошла к подоконнику, где оставляла снятые на ночь серёжки, и увидела въезжавшего во двор виконта. Не сдержала радостный возглас. Лида, уже собравшаяся уходить, метнулась ко мне:

– Что такое, госпожа?

– Он вернулся за мной! – Я едва не расплакалась от счастья.

– Что удивительного? – пожала плечами девочка. – Разве мог он бросить вас здесь?

– Мог, – сказала я, ничуть в этом не сомневаясь. Порывисто обняла Лиду и зашептала ей на ухо: – Поедем со мной, девочка.

Ты и Гай станете моей семьёй.

Лида отстранилась, взглянула исподлобья и выбежала из комнаты.

– Собирайтесь и выходите к машине! – крикнула я ей вслед.

Едва я успела сунуть в котомку пистолет и по совету Лиды спрятать кошель, как в комнату заглянула болтливая служанка:

– Госпожа, брат велел выходить.

Вот ведь! «Прожила без брата почти восемнадцать лет, так подарила судьба сразу двоих», – вздохнула я, без сожаления покидая временное пристанище.

Женщина услужливо предложила помощь, но я упрямо повесила ношу на плечо и, опираясь на трость с эмблемой дома Боннтов, отправилась на встречу с его представителем. Хозяин трактира перехватил меня у выхода. Он сиял приторной улыбкой:

– Отдохнули бы ещё, леди! Вон, и ножка не совсем окрепла. – Будто не знал хитрец о ночном происшествии! Скосив глаза на мой опустевший пояс, он всё-таки выдал себя, изменившись в лице: – Воры стащили ваши деньги?

Я не ответила, протиснулась мимо и торопливо похромала на крыльцо.

Пусть думает, что хочет.

Рэймон руководил тщедушным мужичком и моё приветствие оставил без внимания. Работник закрепил мой сундук ремнями. Затем виконт установил полотняный верх. Я подняла глаза к небу. Пожалуй, он был прав, с перевала ползли свинцовые тучи. Непогода наверняка догонит нас.

– Остолбенела? – глядя на меня искоса, поинтересовался Рэймон. – Садись.

– С нами поедут дети, – сообщила я, передавая ему трость. Занимать кресло не спешила.

– Какие ещё дети? – Рэймон глянул так, что у меня по коже мурашки побежали.

Объяснить не успела, лишь указала на спешивших Лиду и Гая. В руках у мальчика был узел, сестра его бежала налегке.

– Вот! – объявила запыхавшаяся девочка. – Он с вами. Я остаюсь.

Она порывисто обняла брата и отступила на шаг. Гай полез в машину, не замечая метавших молнии глаз водителя. Мы с виконтом заговорили одновременно. Я обратилась к Лиде, не в силах принять её решение.