Хмурый город. Ненастье для Насти

Пенсионер шествовал неторопливо, в руке у него болталась допотопная авоська, в авоське наблюдался пакет кефира и булка свежего хлеба.

– Семь утра. – широко зевнув, хмыкнула Настя. – Да, конечно, потом ни хлеба, ни кефира в магазинах не купишь по любому. Закончатся!

Пенсионер окинул Настю взглядом, полным неприязни, фыркнул, точно нашкодивший кот и вместо приветствия, буркнул:

– Что, прямо с утра и по мужикам? Неймется поди? Вырядилась-то как! А, приличные люди весь вечер ругались, из-за тебя, между прочим.

Так плакала, бедная девочка, так плакала, навзрыд! Накупили квартир, буржуи недобитые, приличным людям житья никакого от вас не стало, всё прутся и прутся. – и Махорский зашагал вверх, продолжая ворчать себе под нос, а Настя, пожав плечами, продолжила спуск.

И, чем это она, скажите на милость, неприличная? В отличие от той же Люськи и учится, и работает, по чужим квартирам не шастает, чужой коньяк, на халяву, не лакает. Нет, вот она, Настя – плохая, а Люська – хорошая. Соседка от безделья и с бабками у подъезда посидеть может, лясы поточить, а ей, Насте, некогда.

Она весь день в бегах, как Найда. И мужа у неё нет, скандального, а про родство близкое с главврачом местной больницы, девушка и заикнуться боялась. Дом битком набит скучающими пенсионерами, а тут, такое! Да под её дверями очередь выстроится до самого супермаркета, в три ряда, из страждущих и страдающих. Нет, пусть уж лучше её считают проституткой, чем узнают о том, что у неё папа – невролог.

Настя, выйдя во двор, обомлела от обиды, затем, покраснела от злости – на капоте её малышки красовалась надпись, сделанная чем-то белым, большими, слегка кривоватыми буквами.

Слово «шалава» на машине совершенно не порадовало Настю этим, совершенно сумасшедшим, утром.

– Кому ж это неймётся? – девушка, скрипя зубами от бессильной злости, полезла за тряпкой – благо, краска оказалась свежей, оттиралась легко при помощи обычного растворителя и не совсем цензурных выражений. – Скотина.. Мишка? Точно, Мишка. Вот же жук! Лучше бы за своей разлюбезной Люськой следил, а то совсем с катушек девка слетела от ревности.

Краску оттереть получилось достаточно быстро и Настя, в последний раз придирчиво осмотрев дело рук своих, наконец-то, отправилась в дорогу.

Суббота. Осень. Почти середина октября.

Еще вчера стояло тепло, а сегодня переменчивая погода решила показать свой капризный нрав.

Кажется, настроение должно быть бодрым, день – прекрасным, а люди вокруг – чудесными.