Под небом Эстреллы. Антар и Малица. Начало пути

 – хмыкнул братец младшой презрительно, топя ухмылку в жидких усиках. Слыхал он краем уха про усадьбу боярскую, лесными татями разорённую. Да только, когда это было? И, было ли? Боярина того имя все позабыть успели, и воев у него имелось небось – раз, два и обчёлся. Вот, слыхивал Юарт, что, брат его по отцу, бойт-ярич, тот, с кем он дружбу свёл по недавности, давно мечтает наложницу завести, эльфку пригожую. Только стоили девы ушастые денег немалых, а, взять-то их, откель? Владетельный на войну отправился, воев справных с собой в поход увёл, дом родной, да хозяйство на сына молодшего оставив.

Про сродство своё кривое с бойт-яричем младым, умалчивал, таясь. Так,

то и на лице написано было. Схож Юарт с юным отроком рода древнего оказался и жреца звать для подтверждения сродства не надобно.

Только, беда одна – байстрюком он родился, байстрюком и остался, пусть купца тороватого и отцом прозывал до поры, до времени.

Бойт-ярич молодший от услуг сына купеческого отказываться не спешил, но и посматривал на него свысока, да покрикивал временами, место указывая.

Мало ли, авось, сгодится на что сын девки блудливой?

Прослышал Степарх бойт-ярич краем уха про эльфку, дочь князя племени лесного. Тут-то Юарт и смекнул, чем угодить молодому владетелю можно.

От того и расспросы вёл подробные.

Антар про дружбу ту странную, не ведал, не то остерёгся бы о Малице упоминать даже, но Юарт сам смолк, призадумавшись.

Так и переночевали, словно люди чужие, а не братья. С рассветом гости назад отправились, Антар и дух перевёл – ох, не к добру Юарт пожаловал!

*

По крепкому снегу друзья его заявились, Дао и Малица с воями. Шкуры богатые, россыпью золотишка чуть, да смола ядрёная, от ран гнилых привезены были для торга малого.

Антар товару обрадовался – в тиши сиднем сидеть скучно стало, даже дядько Силаст на заимку дорогу забыл.

Старый совсем стал, хворый.

Обрыдло всё парню. Заскучал он, а тут, гости дорогие, желанные, не чета братцу постылому.