Под небом Эстреллы. Антар и Малица. Начало пути

Но, почему, не вместо его?

Несправедлива Дану – что стоило богине повелеть ему в роду бойт-ярском родиться, а, того лучше, в княжеском?

Эх!

Как представил себя Юарт в плаще алом, на коне горячем, а за ним дружина лихая!

Аж, сердце зашлось!

Чем он, Юарт, хуже братьев своих? Тем, что не в том гнезде родился?

Он в сто раз лучше Степарха, даром, что мать, простая девка из града торгового? Степарх, сын бойт-ярский, грамоту плохо разумеет, и груб, и заносчив, вина, к тому ж, пьёт без меры, да мёд хмельной зело любит.

От сына таковского, во хмелю буйного, один разор, да убытки и хозяйству, и чести бойт-ярской урон.

Он и ныне, небось, в трактире сидит, с воями своими беспутными, вместо того, чтобы усадьбу, отцом доверенную, доглядывать, за людишками бдить. Они, людишки, без хозяйского глазу наглеют, в искушение входят.

У него, у Юарта, строго всё, не забалуешь!

Юарт гневно фыркнул, припомнив, как работные на заимке к воям княжьим прилепившись, уху трескали с общего котла.

Никакого вежества не имеют – где они, холопьё черное, а где, вои княжьи? Пусть и захудалый князёк Оихель, из леса Дикого.

Сколь там воев у него – раз, два и обчёлся? Брешут люди, наверное, что князь Оихель усадьбу боярскую спалил, да владетельных самих, смертью лютой покарал! За кого? За жонку глупую? Сам, поди, виру взял, а слух пустил для пущей важности. А может и не брешут – за обиду мстить должен страшно, иначе, какой же он князь?

Рухлядь у лесных и впрямь, знатная идёт, денег больших стоит, да, только Антар – простодыра, не смыслит в том ничего.

Эльфка лесная мороку на него напустила, вот он и скупает всё втридорога, делу общему в убыток прямой.

Алтау прознает – будет Жаборотышу на орехи!

Тут у Юарта мыслишка гнусная зародилась, парень, аж с лежанки вскочил, по комнате закружился. Вот бы выгорел замысел его хитрый.

То-то он свои проблемы бы порешал, заодно от братца-злыдня избавился.

Ноги в руки, подхватился парень и был таков, только снег под сапогами заскрипел.

По пути Силаст старый попался. Юарт ожег его взглядом злым – как же, знаем, Антаров доглядчик! Всё Жаборотому доносит, ничего не таит, кровь холопская!

Силаст, даром, что старый годами, да умом всё ещё скор был – почуял слуга добрый замысел тёмный, все дела свои забросил, об ужине не помышляя, крадучись, за сыном хозяйским ринулся, таясь по углам на улицах стылых.

Слишком ярко глаза горели у Юарта, так торопился, что и не заметил, как за ним соглядатай увязался.