Под небом Эстреллы. Антар и Малица. Начало пути

У него, у пекаря Бака Кукони, окромя жены, в доме еще три девки имеются, подрастают – пышные, румяные, сдобные, точно булочки с изюмом. Любому, кто на них взглянет, отщипнуть кусочек захочется. Вот и опасалась тетка Жмака, что Алтау, кого из дочек Кукони решит за Жаборотого высватать. Бак, муж её, тот совсем без Антареса в голове – возьмет и согласится сдуру. Все ж выдать дочь за старшего сына купеческого, наследника, это совсем не то, что замуж девку отдать, к примеру, за углежога копченого или бортника, что пчел по лесу пасет.

Только Жмака кровиночкам своим зла не желала – ни за что не отдаст ни одну из трех за Жаборотыша. Вот Юарту – с милой душой, хоть и не наследник он всему делу купеческому. А Жаборотыш нехай себе другую какую ищет – слепоглухонемую сироту, хромую на обе ноги и пустобрюхую. Незачем таким, как он, размножаться и потомством своим странным, благословенную землю Понории поганить.

– Звали, батюшка? – Антар, поклонившись, поприветствовал отца и с ожиданием взглянул в широкое лицо родителя.

Алтау крякнул, разглядывая сына, словно видел того в первый раз. Жёлтые, хищные глаза велиморского купца ощупывали парня предвзято и, где-то, даже с неприязнью.

Нет, крепко любил Алтау свою первую жену, красавицу-южанку, Маладу, холил и лелеял нежную деву, не загружая ту чёрной работой. На то, небось, в избытке, слуги в доме имеются.

Да и одно слово – купец! Редко, очень редко, замечали теперь Алтау в просторной лавке, всё больше он о торговых путях справлялся, да с тестем своим, велиморским старостой о доходных делах сговаривался.

Работало на Алтау много народишку – было кому и молотом стучать, и на поле зоревать, и в лавке приказчиком сидеть, коль доверили.

– Пришёл – таки. – широкое лицо отца тронула лёгкая улыбка, а жёлтые, орочьи глаза, хищно прищурились – эх, в кого только удался сын? Ни, дедовой основательности, ни отцовой сноровки. И глаза белёсые, как у снулой рыбины. Подсуропила Дану, иначе не скажешь!

Ему на что-то грех жаловаться – на реке парень спор, точно Алтау в своей лавке.

Никогда на подворье рыба свежая не переводится. Рука лёгкая у Антара, уловистая, да, только проку с того? Вон, Юарт – и по хозяйству востёр, и по торговому делу, хваток, так и тянется за отцом, да за дедом. А с этого, длиннобудылого, будет толк ли, когда?

Хоть и назвал Алтау Антара наследником, да сомневался теперь – волоховат парень, медлителен, не справиться ему с хозяйством. Да и Малада жалеет отрока по мере сил своих.