Алхимия души

И когда в твои руки, все же, попадет такая магическая вещь, используй ее исключительно на благо советского народа.

Планета US78–36/001

Побережье теплого моря. Небо в оранжевой дымке. Тихий шум волн, ритмично набегающих на берег. На пустынном пляже несколько разбитых рыбацких лодок, порванные сети и крабы, пощелкивающие клешнями, в поисках добычи. И всю эту «тухлую» безотрадность разбавляют два ярких шезлонга под огромным полосатым зонтом. Двое мужчин, развалившихся в шезлонгах, разговаривают, глядя в горизонт, потягивая напитки.

– Чего же ты хочешь, Гелий? – спрашивает своего собеседника один из них.

– Сейчас, или вообще? – отвечает второй, не отводя взгляда от тусклого диска заходящего солнца.

– Хотелось бы узнать про обе программы. И максимум, и минимум.

– Все просто, Улис. Как минимум – надо выпить. Я имею в виду алкоголь, конечно, а не эту энергетическую ерунду в твоем бокале. Как сказал Омар Хайям в свое время:

«Вино напитком вечности играет,

Испей того, что радость в мир являет,

Хоть, как огонь, вино нас обжигает,

Но, как вода живая, воскрешает!»

– И ты, конечно, знаешь, как это могут сделать два бестелесных наставника? – удивляется первый.

– Представь себе, знаю.

– Ты, Гелий, как всегда, пренебрегаешь правилами. Разве ты забыл, что ангел хранитель, как наставник души, должен оберегать и воспитывать…

– А мне надоело оберегать, воспитывать и, вообще, быть законопослушным ангелом, – перебивает собеседника Гелий.

 – Отныне, я буду играть по своим правилам. Хочешь узнать каким? Давай выпьем. Есть у меня на примете один пансионат… Ну же! Соглашайся. Они даже не заметят нашего присутствия.

– Зато заметят утреннее похмелье.

– У меня есть отличный коньяк. И, чего ты переживаешь? Похмелье же будет не у тебя. Если согласишься, у тебя появится шанс отговорить меня от необдуманных поступков.

– На сколько я понял, программа максимум – поговорить? Хотя бы намекни, о чем? Что ты задумал?

– Тебе интересно? Тогда соглашайся на программу минимум.

И снова Хайям:

«Виночерпий, опять моя чаша пуста!

Чистой влаги иссохшие жаждут уста,

Ибо друга иного у нас не осталось,

У которого совесть была бы чиста».

Какие верные слова. Не находишь?

Двор Людовика XV 1757 г.

Карточная игра была в самом разгаре. Распахнутые окна совсем не спасали от дворцового смрада.