Исчезнувшие

В группе Гордеева она нашла слушателей, и нельзя было сказать, кому повезло больше – слушателям, Гале или двойняшкам, которые играли на своих гитарах как настоящие музыканты.

Впрочем, они играли только у костра, и ни в каких концертах выступать не соглашались.

– Вам бы в консерватории учиться! – говорила Наталья.

– А мы и так уже учимся, в институте бизнеса, не можем же мы одновременно… – отвечали девчонки.– А что, плохо играем? Ещё учиться надо? Давайте мы вам Вила-Лобоса сыграем, бразильскую бахиану номер пять.

Ну что ты с ними будешь делать!

Слёзы

От бразильской бахианы глаза застилали слёзы, хотелось не плакать, а просто волком выть. Могла бы в консерватории учиться, на вокальном отделении. А вместо этого – институт физической культуры и спорта, как хотел отец. Вот и поступал бы сам, и учился бы, а от неё отстал!

Когда отца не стало, Галя корила себя за эти слова и занималась каждый день, отрабатывая удары и испытывая странное наслаждение усталостью. Ей казалось, отец видит её старания и одобряет, откуда-то издалека, где он теперь живёт.

Всю неделю она сдавала зачёты, вчера сдала последний, и на радостях вечером вдохновенно мутузила боксёрскую грушу, под любимую «Pulse of Life», а утром вскочила чуть свет и отправилась с Гордеевым в поход. Зря она вчера столько занималась, и в поход зря пошла: тело ныло и просило отдыха, а до привала ещё далеко, и воздух уже не кажется волшебным, а шутки не кажутся шутками, а кажутся насмешками.

Гордей мог бы объявить остановку, на пять минут, чайно-туалетную, как шутили в группе. Но он не объявлял, а все шли как ни в чём не бывало, перебрасываясь шутками: «В следующий поход всем прийти в памперсах, чтобы не терять время на санитарные остановки» Смеялись все, кроме Гали. Хоть бы кто-нибудь спросил, почему она сегодня отстаёт, почему не смеётся вместе со всеми. Но никто не спрашивал.

– Вставай, выходим, свисток уже был – сказали Гале и ушли. И никто не заметил, что она осталась сидеть…

Сообразив, что осталась одна в лесу, Галя испуганно вскочила с бревна, на котором так хорошо сидеть, и тепло от солнышка.

Галя сбросила с плеч рюкзак, достала полиэтиленовую сумку, подумала, достала вторую и вложила одну в одну. Теперь не порвётся, донесёт. Мама обрадуется, с картошкой нажарит.