Сирийская жара

 – Позвони Денисову. У них есть ребята, кто с курдами общается. В частности, с русским батальоном. Агентура, то да се. А вообще, Горюнов из УБТ курманджи знает, – он выпрямился и отер взмокший лоб. – Он ведь с нашим Ермиловым дружит. Правда, я думаю, наш-то с ним напрасно связался. Про Горюнова разное говорят. Но факт остается фактом – Ермилов вернулся с ранением. А Горюнов целехонек. И довольный такой. Я его месяц назад видел, он забегал к шефу. Тяжелый человек. Как его в нелегалы взяли?

– Тебя спросить забыли! – Вася уже набирал по внутреннему телефону номер Денисова из турецкого отдела.

 – Роман Георгич, добрый вечер. Что?.. – майор заулыбался. – Не очень добрый? Ну что ж так? А я за помощью. Не мог ли кто-нибудь у вас перевести мне пару фраз с курманджи?.. Да нет, не переквалифицировался.

Говоров заматывался в шарф и прислушивался к разговору.

– Это было бы очень хорошо. Он сам подойдет или мне к вам? Ага. Все, жду.

– Как же, пригласят они к себе. Все таятся. А вдруг чего в коридоре или кабинете услышим? Конспирация, – дежурно повозмущался Леня.

– Ты, кстати, все убрал со стола? – вытянул шею Василий. – Нечего нашими документами светить.

– Так точно. Секретчик нашелся, – уже из-за двери огрызнулся Леонид. – К шефу-то зайди. До завтра!

В ожидании человека, способного подтвердить или опровергнуть перевод с курдского, Василий открыл окно. Снаружи подмораживало, холодный воздух ринулся в душный кабинет через огромное окно. Движение вокруг дома два начинало к этому часу иссякать, размытые красные стоп-сигналы во влажном от мороси пространстве московского центра казались речными бакенами или морскими буйками, обозначающими безопасный фарватер – по направлению к дому.

Пахло бензином и кофе, как шлейф уходящего рабочего дня. А Егоров к тому же обонял и запах предстоящего домашнего концерта. Вика не преминет выказать справедливое возмущение. Завтра у Валерки алгебра, а сынуля ни в зуб ногой. Приходится с ним заниматься, благо Василий не гуманитарий, а сугубо человек цифр и четких геометрических фигур. Виктория вообще-то сама инженер, но мать Валерка не слушается и ее объяснения не воспринимает. Приходится отдуваться Васе.

В дверь постучали. Незнакомый оперативник, представившийся Сергеем, внимательно прослушал отрезок записи, так взволновавший сперва Меркулову, а теперь и Егорова. Для чистоты эксперимента Василий не дал ему второй перевод. И получил точно такой же, в котором фигурировал загадочный «доктор», который придет и всех вылечит.