Сирийская жара

Туда же, в горы Кандиль, туркам удалось спихнуть и свою «дитятю» – злосчастную РПК[3 - РПК – Рабочая партия Курдистана – организация, борющаяся за права курдов и создание автономии в составе Турции.].

Йылдырым помнил с детства теракты, устроенные боевиками РПК в Турции, бесконечные упоминания их лидера по телевизору. Его имя, как назойливая пчела, все уши прожужжало: Оджалан, Оджалан, Оджалан. Он уже давно сидит в Имралы, получив пожизненный срок, однако все еще эхом звучит его имя и нисколько не утихла деятельность его боевиков.

Лейтенант предпочитает не думать о том, что турки травили курдов газом, лишали собственного языка и национальности, упорно называя их «горными турками» и самих курдов пытаясь убедить в этом.

Теперь «капризный ребенок» выбил себе не мытьем, так катаньем часть сирийской территории вдоль границы с Турцией. А ведь они привыкли воевать, работать не хотят, значит, будут совершать налеты на приграничные турецкие города, проникая через границу, торговать контрабандой и наркотиками, организовывать теракты, что они и делают.

Ведь это курды. YPG, РПК – все они одним миром мазаны.

Савас увлекается стратегией и видит себя в будущем генералом, а то и министром обороны. Он выбрался из нищеты стамбульских кварталов, где жил бок о бок с греками и евреями. Но сейчас их там почти не осталось. Савас ловил рыбу с Галатского моста, мальчишкой торговал газетами, чтобы заработать хоть несколько лир для родителей, и жил мечтами когда-нибудь купить отцу и матери хотя бы хороший ковер вместо старого, истертого до дыр, что лежал на каменном полу их дома.

А отцу еще шелковый ковер для намаза.

Йылдырым-старший до сих пор считает, что Савас чересчур горяч и слишком юн. Это обижает лейтенанта. Отец даже не торопит с женитьбой, потому что сын полностью поглощен службой. После выпуска из училища парень только однажды съездил искупаться на острова с двумя младшими братьями и прогулялся с ними по набережной Босфора в новенькой офицерской форме.

Деньги отец тратить не позволил, припрятал в шкатулку в черном старинном, еще дедовом комоде под засиженным мухами портретом Ататюрка в каракулевой папахе и с золотой медалью Имтияз, с саблями на груди.

Савас еще в школе глядел на этот портрет и знал, что на медали написано «Патриотизм, усердие, мужество, верность». Об этом говорил учитель в классе, рассказывая о великом Ататюрке.