Локация «Берег»

– Что хотят господа офицеры? – Он прекрасно видел, что один из пришедших – сержант, причем то ли пьяный, то ли больной. Ван Дер Верфа здорово напугало их появление. – Приятно видеть наших доблестных военных. Зайдете на стаканчик виски? Правда, льда нет, но виски и так пойдет. А?

– Господин Ван Дер Верф? Я – лейтенант Томас Хоф, – уточнил стоящий позади сержанта военный, лицо которого тонуло в темноте тропической ночи. – Вы не могли бы на ночь приютить нашего сержанта? Мы приехали по служебным делам, а его совсем развезло от лихорадки.

Мне сказали, что в вашем блоке есть лишняя койка.

Зато лицо сержанта бледное, в испарине, с закатывающимися глазами, Барт разглядел хорошо.

– Надеюсь, господин офицер, это не заразно?

– Разумеется, нет, иначе я не привел бы его к вам. Обычный приступ малярии. К утру ему полегчает, и я зайду за ним. Его зовут Виктор.

Сержант переступил порог и, едва закрылась входная дверь, осел на руки Барта. Голландец уложил неожиданного гостя на койку, и тот лежал какое-то время молча, а затем начал бредить.

И в бреду говорил странные вещи. Ван Дер Верф уловил слова: «Лаборатория, вирусы, люди – подопытные кролики. Смерть. Холера». Слова были бессвязные, но только на первый взгляд.

Отчего-то у Барта не создалось впечатление, что это всего лишь бред. Наоборот. У него от этого страшного шепота сержанта мурашки пошли по спине, и возникло желание бежать от больного спецназовца куда подальше. Но сперва Ван Дер Верф, заперев дверь, быстро обыскал карманы сержанта и сфотографировал его документы.

Виктор де Фонсека оказался из спецназа ЮАР. Затем Барт спрятал свои документы, кольт и маленький фотоаппарат в железный ящик под кроватью и быстро вышел из домика.

Офицера Томаса Хофа он нашел в конторе в одиночестве. В круге света от металлического круглого плафона, помаргивающего от слабого напряжения, Хоф перебирал какие-то бумаги из стопки папок, лежащих справа от него. Он зыркнул на Барта довольно зло и спросил раздраженно:

– Что вам?

– Господин лейтенант, я не могу с вашим приятелем ночь коротать.

Он стонет. Мечется. Я положил ему на лоб влажную тряпку. Он затих. А я вот что подумал, – Барт достал из кармана брюк плоскую бутылку с янтарной жидкостью. – Может, скоротаем вечерок?

– Ну что же, – выражение круглого лица Хофа смягчилось. – День сегодня промозглый, господин…

– Просто Барт.

– Томас, – лейтенант протянул крепкую ладонь.

Одной бутылкой дело не обошлось.