Эльфийская леди

У меня в глазах потемнело от ярости, но я сдержала порыв, придется спуститься на представление к Джунгсире. Хотя я уже поняла, что постоять за себя девушка сможет.

Ко мне с улыбкой на мерзкой роже подкатил Багерног, надо же и, как его мама родила и сразу не удавила.

– Желает ли, миледи, поужинать?

– Столик на весь вечер и самый шикарный ужин, что ты в силах приготовить, мой пупсик, – я кивнула на столик у окна, чтобы можно было любоваться голубой луной. Правда сейчас он был занят парочкой, пришедшей сюда, чтобы провести ночь любви и наслаждений, но мне-то какое до них дело.

Дроу кинулся освобождать заказанный мною стол, а я поднялась в свою комнату. Следом за мной Джунгсира принесла молока ассамиту, я ей посоветовала быть осторожной, пока не спущусь. Девушка, кивнув головой, удалилась. Я достала из сумки котенка, погладила маленькое существо и посадила его ужинать. Ассамит с жадностью накинулся на предложенное угощение, малышка явно была голодной. Я постелила ей одно из полотенец, которые ровной стопкой лежали в ванной, и мысленно пожелала спокойной ночи.

Сама же пошла принять ванну, которая почему-то всегда была наполнена чистой и горячей водой, словно ожидая моего появления, что мне несказанно нравилось в этом ужасном мире.

Какое блаженство расслабиться в горячей воде! Но долго нежиться мне опять было некогда. Разобрав прическу, я вымыла голову и попробовала высушить волосы, представив их уже сухими и переливающимися. Ура! У меня опять получилось. Магия определенно начинала мне нравиться! Я попробовала закрыть дверь, щелкнув пальцами и представив их закрытыми.

Опять получилось! А творить магию оказывается совсем просто. Я уже с легкостью открыла пакет. Передо мной на кровати лежал огромный гардероб, причем брошенный утром черный костюм, тоже был чистым и аккуратно сложенным, словно его никогда не надевали. Я задумалась, какой наряд надеть на вечер, темно-синий или малиновый и выбрала малиновое платье, достаточно скромное, без обилия отделки, но подчеркивающее мою фигуру. К платью шли чулки и туфли в тон, я лишь минуту думала, какую бы мне сделать прическу и опять, завязала волосы в высокий хвост малиновым шарфом.

Ассамит, жалобно мяукая, подполз ко мне. Я взяла кошечку и несколько минут гладила ее, успокаивая, нежным голоском, на который только была способна. Я обещала ей вернуться и не бросать ее одну. Потом я положила котенка на подстилку. Строгим голосом приказала ему спать, отправилась вниз.