Линия жизни

А мать, по словам Алёнки, всю жизнь нигде не работала. Она была из детского дома сама и выскочила за Вадькиного отца замуж совсем девчонкой.

– Да чтобы не представлял, тебе что? Или принца на белом коне всё ждёшь?

– Да нет. Отец учил главное чтоб верующий был и работящий – пожала плечами Люба. Они с Галей пришли к назначенному времени и Люба, увидев Вадима глубоко разочаровалась. Парень был абсолютно не в её вкусе. Кучерявый, как цыган, с чёрными глазами и одет не по моде. Какие-то брюки-клёш и ботинки с острыми носами.

– Прям как у старика Хоттабыча туфли – давясь от смеха, шепнула на ухо Галинка. У неё то было всё в ажуре. Егорка прифрантился, где-то букет ромашек раздобыл и торжественно вручил, при этом виновато опустив голову.

Вадим сразу стал уделять внимание Любе. Потихонечку так, ненавязчиво. Он действительно оказался скромным и молчаливым. Любе было с ним тяжеловато, гнетущая тишина между ними напрягала.

– Можно я тебя провожу до дома? – спросил он.

Любе ничего не оставалось, как согласиться.

Галя и Егор шли впереди, о чём-то оживлённо болтая. То и дело слышался Галкин смех. Люба и Вадим еле плелись за ними, молча.

"Да с ним со скуки умереть можно!" – мысленно возмущалась Люба, мечтая поскорее завершить столь тягостное знакомство. Но Вадим напросился встретить девушку после работы и не понимая зачем она это делает, Люба согласилась и забежала в дом. От бабы Нюси они с Галинкой получили нагоняй, за то что пришли ближе к двенадцати.

– Вот не спится ей, а! – посетовала Галя, рьяно расчёсывая свои рыжие волосы.

Свет в комнате они включать не стали, чтобы не получить очередную порцию недовольства от хозяйки. Обычно баба Нюся спала крепким сном и совершенно не контролировала во сколько приходят домой её постоялицы. А тут как на грех не спала.

– Мне этот Вадим совсем не понравился – заявила о наболевшем Люба.

– А кого же тебе надо? Хороший и скромный парень. Армию отслужил, не пьёт, не курит. А красавец какой! Брови чёрные, волосы чёрные …

– Да цыган одним словом! – Люба взбила подушку и улеглась наконец.

Завтра вставать чуть свет и обсуждать внешние данные Вадима было совсем не интересно. Ведь насильно мил не будешь! И сердцу не прикажешь!

– Дура ты Любка, счастья своего не знаешь – вздохнула Галя и через секунду захрапела.

Вадим пришёл ровно к концу рабочего дня у Любы. Они с Галей как раз переоделись и собирались выходить из цеха, как услышали громкую музыка из транзистора, которым гордо размахивал Вадим.