Хищники царства не наследуют

Балыков видел в её глазах непримиримую ненависть, но губы Дина Петровна сжала и ничего не комментировала. Швырнула ему, как голодной собаке, миску пшенного супа. Насыпала сухариков, которые сушила в духовке и хранила в холщовой косынке. Балыков похлебал, удивившись вкусу домашней пищи. У него под спудом лежали миллионы, а он радовался миске горячего супа! Уронив лицо на руки, Андрей впервые после похорон жены расплакался. Такое немужественное проявление чувств не разжалобило Дину Петровну, но Балыков на её сочувствие и не рассчитывал.

Вытерев слезы, он еще раз прошелся по всем комнатам дома тещи, покопался в столе и шкафу дочки.

– Слушай мои соображения, – сказала сквозь зубы Дина Петровна, – у меня кошелёк пропал. Бисером такой вышитый, я там держу деньги на случай, если надо быстро расплатиться. Нет красного свитера Викушкиного, кое-каких продуктов.

– Слава богу! – выдохнул Балыков. – Значит, не похитили, значит, сбежала. А раз сбежала – найдем.

Дина Петровна покачала головой, выказывая явное недоверие зятю и всей его безмозглой ментовской ораве бездельников, о которой утром по телефону она говорила районному прокурору.

Балыков поехал по домам одноклассниц Вики. А там, хоть и сочувствовали отцовскому горю, но встречали измотанного Андрея с неудовольствием. Ну да, их дочки дружили, но о желании Вики сбежать из дома никто не знал. Андрей бесцельно колесил по городу. И в каждой девочке в темной курточке и джинсах он видел дочь.

Не выдержав напряжения, он приехал к дому Жуковских. На месте раскопа старого колодца прочно покоилась бетонная плита. Развороченный раскопками двор походил на место ковровой бомбардировки. На двери ветхого дома висел замок. Жуковские не захотели жить в доме, возле которого нашли мертвое тело их подруги Леры. Уехали, не попрощавшись с Балыковым.

Андрей, покрутившись во дворе, вернулся в отдел. Кинолог Басович сказал виновато, что со своими Девочками он отработал запаховый след Вики, но он оборвался в конце улицы, где как раз находилась автобусная остановка.

Дальше Девочки, то есть собаки, не пошли. Балыков метался по городу в поисках новостей и виноватых в том, что его дочь до сих пор не найдена. Он был готов хоть черта лысого ублажить, лишь бы узнать, где его Викуша и что с ней.

Пришел, наконец, к Сонике в дом культуры. Там уже знала о пропаже ментовской дочери, женщины сочувственно смотрели и качали головами.