Небеса. Близнецы

– Но брат, нас же двое, как ее делить будем? – второй верзила поставил ногу на лавочку, упираясь ботинком в мое бедро.

Я чувствовала, как страх стал нарастать во мне, чувство опасности, как что-то физически ощутимое  двигалось по венам и подступало к горлу. Я попыталась встать, но на мое плечо легла тяжелая рука второго брата, его пальцы с силой впились мне в кожу, под его натиском, я снова присела.

– Знаешь, мне не нравятся длинноволосые, – скорчив гримасу, признался первый, – пожалуй, сначала мы поможем ей избавиться от них, – с этими словами он запустил свои пальцы в мои волосы и с силой потянул их в свою сторону.

Моя голова самопроизвольно дернулась на бок.

Второй глухо заржал. Я оказалась зажатой меж двух ботинок, а две ухмыляющихся рожи братцев нависли надо мной, как хищники над жертвой.

– Ты, наверное, ждала Томаса? – сильные пальцы схватили меня за подбородок и подняли вверх. Услышав знакомое имя, я вскинула глаза вверх.

В эту минуту до меня дошло, кем была подкинута записка. Моя наивность и желание увидеть Томаса, сыграли мне злую шутку, и я попала в ловушку. Захотелось вырваться, но натянутые на руку волосы ограничили мои движения, сильная боль прошлась по всей голове.

– Ей, ей, ей, ребят, полегче, – этот голос разлился по мне будто родниковой водой после изнуренного жаждой дня. Оба брата отпустили меня и обернулись. Через их спины, я увидела Томаса, находящегося на вполне еще приличном расстоянии от меня.

Братья переглянулись, я всем нутром почувствовала угрозу, но угрозу не себе, один брат спустил ногу со скамейки и повернулся лицом к Томасу. Взгляд Томаса изменился, глаза потемнели, приобретая оттенки стали, его кулаки были крепко сжаты, тело напряжено – он готовился к драке.

Все внутри похолодело, когда я увидела, как тот, что шел ему навстречу запустил руку за спину, вытаскивая из-под жилетки за поясом зазубренный нож.

– Томас, у него нож, – вдохнув побольше воздуха, прокричала я на одном дыхании, и тут же получила сильный удар от второго брата.

Все закружилось вокруг, страх сменился болью и…бабочками, улетавшими далеко в небеса.

Глава шестая

Сознание медленно возвращалось ко мне, отзываясь пульсирующей болью в голове.

– Ева, – услышала я свое имя, сквозь пелену обморочного состояния, – очнись, пожалуйста, – голос Томаса был очень взволнован.