12 часов в небе

Человек с багровым лицом бесцеремонно ворвался в ее комнату, размахивая газетой. «Крепко спишь, звезда! На-ка вот, полюбуйся…»

С размаху бросая газету прямо на смятую постель, он по-хозяйски устроился на единственном стуле.

«Вы что себе позволяете? Мне надо одеться. Выйдите вон, немедленно…»

«Ишь как заговорила. Ты мне брось эти свои буржуйские замашки».

И, тыча пальцем в газету, он перешел почти на крик:

«Посмотри на фотографии во всех утренних газетах. Звезда советского цирка танцует босиком на столе, хорошо, не голая, в валенках.

В общем, так, из номера не выходить до отъезда на вокзал. И не вздумай…»

Его увесистый кулак сотряс воздух прямо перед ее лицом. Дверь с грохотом захлопнулась. Это был мощный толчок в зоне турбулентности, после чего стало опять покачивать, слегка подбрасывать, постепенно уменьшая количество толчков. Я пребывал в этих ощущениях, находясь с закрытыми глазами, и каким-то внутренним зрением видел перед собой экран, на котором отчетливо происходили следующие события.

Она стояла совсем одна со своим маленьким чемоданчиком, поверх которого лежала полупустая дорожная сумка и большой красивый букет, аккуратно завернутый упаковочной бумагой. Ее бледное лицо со следами недавних слез казалось абсолютно спокойным. Люди, которые еще вчера восторженно аплодировали ей и кричали «Браво!», сторонились ее.

Группа артистов собралась на перроне в ожидании поезда и разбилась на небольшие группы, видимо, по интересам. Они что-то обсуждали, периодически раздавался смех, и обрывки фраз растворялись в шуме вокзала.

Скорый поезд Берлин – Москва медленно приближался к перрону. К Вере подошел один из вчерашних добрых молодцов:

«Вер, ты как? Если че помочь, так ты скажи».

«Спасибо, Геночка, тут помогать нечего, все, как видишь, налегке».

«Ну как знаешь, если че, обращайся. О, глянь, начальство прибыло. Ну, я пошел».

«Иди скорее, пока не увидели рядом со мной. В черный список попадешь».

«Да ладно тебе», – ответил он, поспешно отходя в сторону.

По перрону шла группа людей, рядом с которой носильщик вез большую тележку, доверху наполненную чемоданами и сумками.

Впереди делегации степенно шагал народный артист под руку с супругой, которая прижимала к себе маленькую собачку породы пекинес. Представителя Минкультуры вели под руки немецкие организаторы, так как сам он двигался с трудом, но при этом был весел и все время пытался что-то сказать. Замыкал шествие человек с багровым лицом, явно недовольный происходящим.