Совещательная комната. Сборник рассказов о студентах

Она была в розовом комбинезоне со стразами. Голову собаки покрывал капюшончик. Животное стало носиться между фотостудией и художественным салоном и, наконец, выбрало живопись. Лина не на шутку тревожилась, когда собака замирала у какой-нибудь висевшей низко картины и начинала ее обнюхивать.

Тут показалась женщина в роскошной шубе, за которой поднимался по ступеням подросток лет 11-12.

– А, ты уже здесь! Здравствуйте! Не бойтесь, она вам ничего не сделает. Филька! Ко мне!

– Тут картины висят, – предупредила Лина.

– Картинами мы не интересуемся. Значит, надо сфотографировать мальчика. Веспассиан, подойди.

Только я успел подумать, что сегодня исключительно везет на имена, как рыже-розовый сверкающий комок переметнулся в зону моей ответственности. Я усадил Веспассиана на стул, Филька прыгнула ему на колени.

– Не, не, не. Мы тебя сегодня не фотографируем! – Филька мгновенно соскочила и унеслась смотреть картины. – Значит, на заграничный паспорт, на визу. Так куда ты едешь: в Швецию или в Швейцарию?

– Не помню, – отозвался Веспассиан.

 – Вроде в Швейцарию.

– Во как! И я забыла. Ну, ничего, тренер знает.

Меня опять распирало любопытство. К тому же Веспассиан сделал такое каменное лицо, что надо было вывести его из этого состояния каким-нибудь невинным вопросом, а то на паспортном контроле его просто не узнают по фото.

– Ты каким спортом занимаешься? – спросил я, изображая, что настраиваю камеру, но на самом деле выжидая, когда его лицо примет естественное выражение.

Веспассиан уже хотел ответить – я поймал момент мысли на лице и успел нажать на кнопку мыши – но мама опередила его. Пока фотография обрабатывалась, мы погрузились в череду баскетбольных достижений отрока. Конец ее был неожиданным:

– Вообще-то ему нравится футбол. Это он мне назло. Это я его на баскетбол ориентирую.

Я показал на мониторе фото маме Веспассиана. Она сказала, что не годится, и попросила переснять сына, заметив, что совершенно не вышла его прическа «под Криштиану Рональдо» и лицо «какое-то не такое».

Я-то сразу и не понял, что за это за выбритая полоска волос сбоку. Ловить выражение его лица дальше было бесполезно. Мама руководила процессом, я же старался, чтобы лицо попало в шаблон для визы. Филька уже успокоилась и, высунув язык, развалилась на фоне черноморского побережья с детьми. Лина в это время подбирала своим клиентам багет. Наконец моя троица покинула фотостудию.