Ангел поневоле

Взятка или благодарность – всё равно…

Алина уже продумала и это:

– Мы можем продать эту двушку, а вырученные деньги отдадим Александру Матвеевичу. Решайтесь, Софья Фёдоровна.

– Ты ополоумела, девочка моя! Квартира – кооперативная, она принадлежит нашему ЖСК, а не лично мне или отцу.

– А Вы вспомните про Корнеевых с первого подъезда, многодетная семья. Они в очереди на улучшение жилищных условий стоят. На прошлом собрании жильцов председатель ЖСК о них упоминал. Им и достанется наша квартира, а Вам, Софья Фёдоровна, вернут Ваш пай.

– Не, на такое я пойти не могу.

– Мам, – неуверенно промычал Володя, – может Алинка права?

– Вова, ты-то хоть не начинай. Да и отец не согласится.

– Софья Фёдоровна, – не уступала Алина, – Иван Григорьевич как Вы решите, так и сделает.

Свекровь была непреклонна:

– Это рискованно. Да и где мы будем жить до тех пор, пока вам с Вовой не дадут эту новую трёшку. Ты говоришь, три месяца?

– Да, Александр Матвеевич обещал три месяца подождать.

Поживём у Марины, моей подруги по институту. Её мужа в командировку отправили на Кубу до сентября. Она мне ключи оставила, за цветами следить. Там и поживём пока.

– Уж больно просто всё получается, Алин. Да и боюсь я. Никогда взяткодателем не была. Как представлю…

– Я сама деньги передам, не бойтесь. Александр Матвеевич, сами понимаете, уважаемый человек, партийный. И он благодарен мне за сына! Я его в отличники за год вывела по русскому-литературе, а там он и алгебру подтянул.

Ну соглашайтесь же, Софья Фёдоровна! Это же ради нашего с Вовой счастья!

Сам Вова молча слушал. Видно было, что он не разделяет энтузиазма жены. Менять привычный образ жизни он не торопился. Ребёнок – да. Он не против был бы стать отцом, но ведь это дополнительные траты… Они итак, в целом, не богаты. Сыты, одеты, но не более того. На курорте, например, ни разу не были. А ему хотелось отдохнуть. От нудной работы с девяти до шести плюс иногда с выходными… А тут ещё Алина родит и не будет работать.

Накладно. Квартира, конечно, станет больше, но, опять же с родителями…

Три дня шли дебаты в семье Неверовых. Свекровь была против Алининого плана, свёкор – ни да, ни нет, Володя то склонялся на сторону жены, то на сторону матери. Но Алина была упряма и настойчива. В итоге Софья Фёдоровна сделала то, за что потом неоднократно себя корила и казнила: продала свою кооперативную квартиру.