День солнца

– Давай закроем этот бессмысленный спор, ты из другого мира прибыл сюда, мира, о котором я пока слышать не хочу и мне очень жаль, что твой мозг завален бумажками, – ответила Глория и порывисто выбросила стакан в урну.

– Тебе идёт злиться, ладно, так какие такие обстоятельства двинули тебя исколесить пол мира и оказаться здесь?

– Тебе правда интересно слушать чужие истории? – спросила недоверчиво Глория.

– Если я спросил, то уж наверное да. Я уже смирился, что мне придётся тут проторчать всё лето, а я привык знать всё о тех, кто рядом.

– А о себе рассказать готов?

– Вот это нет. Да и нечего рассказывать, – ответил Ден, всматриваясь в профиль Глории, он смотрел на её нежные черты лица и пытался угадать сколько ей лет.

– Я тоже пока не готова посвящать тебя в личное пространство. Скажу лишь то, что мы похожи условиями. В восемнадцать лет я также ни о чём не думала, была вполне обеспечена и беззаботна. Не хотела ничего видеть дальше своего мыльного пузыря, в котором жила.

Но в один момент жизнь показала мне, что всё фиктивно, что та жизнь, в которой я жила всего лишь пустая обёртка, ложное прозябание, волею судеб меня привело сюда. Я стала учиться слушать свой собственный голос. Сейчас у меня совсем другое представление о жизни, другие ценности и я безумно счастлива просыпаться каждое утро, – она говорила отрывисто, переводя дыхания и стараясь говорить так, чтобы Ден не начал свои расспросы, она действительно не хотела касаться тем прошлого.

– Я знаю, что тебе нужно выговориться, поверь, помогает. Надо было всё-таки тебе тоже жахнуть, разговор сразу принял бы другие формы.

– В другой раз.

– Слушай, чё ещё хотел спросить, а почему у вас всех такие странные имена тут, ты же русская вроде, почему Глория?

– Ты серьёзно? – рассмеялась Глория, – просто, когда я сюда ехала, думала будут все общаться на английском, а имя Ярослава как-то не звучит, я придумала созвучное, Глория, что в переводе «слава».

Имя Дина её родное, она с Афганистана, на арабском «набожная», её родители были глубоко верующие люди, Веда, ну вот насчёт неё не знаю, – снова усмехнулась она, – её настоящего имени никто не знает, а это ей дали на ретрите. Ну а Майк, он и в Африке Майк, американец чистой воды.

– Откуда он тогда знает русский? – спроси Ден.

– Его бабушка была русская, он часто приезжал в Россию в ранние годы.