Птицы

Очень жестокий, не знающий пощады, но, знаете, таким и должен быть защитник страны.

– Все подчинённые его держатся в страхе. Зато никто не посмеет показать себя трусом в бою. Он как раз служит на границе, неподалёку от нас.

– Но есть печальная история, связанная с ним. А может, и слух, потому что люди поговаривают, но никто не знает правды. Говорят, что он и жену свою убил, потому что та вовремя поесть не подала.

– А ещё поговаривают, что у него дети были, – жуя, энергично сообщал муж Линары, – которые остались сиротками.

– Палач, – ахнула Рави, с ужасом слушая рассказываемое.

– Ну знаешь, дорогая моя, благодаря таким мы и живём с тобой спокойно. Благодаря нему ты кушаешь еду и смотришь на солнышко.

– Судя по вашим рассказам, он убивает не потому, что хочет постоять за свою страну, а потому, что жаждет крови, – размеренно проговорил Ясмос со своего края стола.

– Какая разница? Цель оправдывает средства, – фыркнула Линара.

– Мы с ним не одно сражение прошли, – взнеся палец в воздух, утвердительно сказал муж женщины, – Он мастер своего дела.

– Разве в современном мире, где люди должны жить спокойно и решать конфликты мирно, должны быть такие особи? – неожиданно вставил Астир, гордо смотря в глаза мужу тётки.

– Он – порождение своего времени, – усмехнулся Ясмос. – О каком мире ты говоришь? Ты живёшь у себя в голове.

– Ясмос! – предупредительно шикнула Австрита. Тот спокойно взглянул на мать, но в глазах его читалась холодная злость.

Палеос постучал ложкой по стакану.

– Оставим споры на потом, а сейчас отдыхать, по своим комнатам, – безразлично бросил он, затем встал из-за стола и, позвав служанку за собой, направился наверх.

– Ты сегодня была красивее всех женщин, – сказал Палеос, когда они прикрыли дверь за собой. Он плюхнулся на стул возле стола, опёрся локтём о стол и начал странно, пьяно смотреть на девушку. Та смутилась от обстановки.

– Спасибо, – неуверенно ответила Вигония, потупившись.

– Но одета очень бедно и слишком бледна. У тебя отец с матерью есть?

– Только мать, господин.

– Братья, сёстры?

– Никого, мы вдвоем.

– Понятно, – старик был в каком–то расслабленно-добродушном настроении, что удивило девушку и ещё более её смутило. Ей хотелось уйти отсюда как можно скорее. – Побираетесь?

– Да…

– Я скажу, чтобы кормили тебя получше. Хоть иногда мясо давали.