Акация над морем

Когда фонарик перестал так плясать в руке Натали, они с Алисой различили темный клюв и «корону», отливающую синевой шею и хвост – веер с десятками глазков.

– Ты!.. – Натали задыхалась. – Птица! Павлин-мавлин!

Тут Алиса и Натали вспомнили о Леночке. Она лежала неподвижно на досках площадки. Они переглянулись. «Кажется, она говорила, что у неё порок сердца», – прошептала Алиса.

Наверх было уже далеко. Внизу, казалось, никого не было. Практичная Натали, откашлявшись, хмуро крикнула в пространство:

– Помогите!.

.

И ещё раз:

– Кто-нибудь! Помогите!

– Чего кричишь? – раздался хриплый мужской голос с нижней лестницы. На площадку уже поднимался кто-то огромный, под кем хлипкая лестница скрипела и дрожала. В руке у него был большой и яркий фонарь, как у обходчиков железнодорожных путей.

– Что тут у вас?

Алиса и Натали одновременно заговорили:

– Мы шли… Он закричал… Она упала… У неё сердце…

– Понятно. Вы сверху? – он указал большим пальцем на обрыв. Потом всмотрелся:

– И я вас даже знаю.

Они молчали, не зная, что сказать.

– Я тут начальник пансионата, – догадался пояснить он. – Вадим.

Они всё еще молчали.

Он присел на корточки и стал рассматривать Леночку, которая, казалось, не дышала. Потом поставил фонарь на площадку и осторожно взял её на руки.

– Пойдёмте. Только фонарь возьмите…

И он не спеша стал спускаться по крутой лестнице.

– А… Вадим!.. Нам наверх!

– Наверх пойдёте потом, а сейчас ей нужен врач. Это тоже я, между прочим.

Натали посмотрела на Алису: «Да, от Ангела тут мало проку, а врача у нас нет».

Внизу, под лестницей, выходившей на центральную улицу, стоял большой деревянный дом. По знаку Вадима, Натали открыла дверь, а он осторожно внёс Леночку внутрь. В комнате горел свет, было шумно. Вокруг бильярдного стола в густом табачном дыму перемещались тени с киями.

Леночку уложили на диван в углу. Дверь осталась открытой настежь. Кто-то открыл окно и приглушил музыку. Все замерли.

Вадим брызнул водой Леночке в лицо, взял безжизненное запястье.

Принесли нашатырь. Вдохнув, она тихонько застонала. Потом чихнула и открыла глаза. Стягивая у шеи и комкая воротничок полосатой рубашки, Леночка попыталась встать. «Сейчас извиняться начнёт», – шепнула Натали в ухо Алисе. Она не ошиблась. Мощная рука Вадима пресекла попытки Леночки сползти с дивана. «Что-то он больше на борца похож, чем на врача», – машинально подумала Алиса.

Все в комнате снова зашевелились, задвигали стульями, табуретками.