Они уходят

Поэтому, полагаю, усмешки тут совершенно лишние, – я кипел от бессильной злости на эту женщину – оттого, что она была подругой моей жены, а я даже не знал об этом, оттого, что она явно что-то скрывала про смерть Алины, а я не в силах был вытащить из нее правду, даже если и подал бы иск против нее.

На Оранту, казалось, моя речь не произвела ни малейшего впечатления, она по-прежнему сидела с каменным выражением лица:

– Так что именно Вы хотите знать? Спрашивайте, я к Вашим услугам.

– Когда Вы познакомились с моей женой?

– А Вы правда совсем меня не помните? – она склонила голову набок и задумчиво посмотрела прямо мне в глаза.

Я нахмурился и попытался вспомнить, когда я мог встречаться с ней прежде, но память отказывалась сообщать мне что-либо об этой женщине.

– Допустим, – брякнул я, сделав неопределенный жест рукой, – и все же, когда?

– Еще до появления в ее жизни Вас, около двадцати лет назад.

Я охнул от неожиданности и судорожно принялся промакивать проступившую на лбу испарину.

– Вы часто виделись?

– В последние годы не слишком. Она приезжала ко мне примерно раз в неделю, обычно оставалась на ночь.

– Она что-то рассказывала обо мне?

– Очень редко. Наши разговоры велись совсем в иной плоскости.

– В какой же?

– Не думаю, что Аля одобрила бы подобную болтливость с моей стороны.

– На суде Вас все равно заставят обнародовать подробности.

– Ни суд, ни Вы никогда не сможете проверить правдивость моих слов.

– Оранта, современные полиграфы быстро выявят, говорите ли Вы правду или лжете, поэтому рано или поздно Вы расскажете суду абсолютно все.

– Пожалуйста, – пожала она плечами, подошла к шкафу и взяла с нижней полки небольшую коробку, – изучайте на здоровье. Если Вам это поможет.

В коробке лежала крошечная кассета.

– Как-то пришлось сделать короткую запись. Надеюсь, Вам это пригодится.

– И на чем же можно прослушать этот раритет? – поморщился я. – Где я достану нынче кассетный плеер?

– На барахолке, – пожала она плечами.

Я спрятал кассету в карман, оставив коробку на столе.

– Это все, что Вы можете мне сказать?

– Не думаю, что помогу Вам продвинуться в расследовании ее смерти. Но позвольте и мне удовлетворить женское любопытство: с чего Вы взяли, что убийство преднамеренное?

– С того, что водитель не захотел сотрудничать со следствием и скрылся. С того, что грузовик принадлежит Вам, а Вы даже не пытаетесь предположить, как он мог очутиться в чужих руках.