Проклятый дар

Там-то они и вошли.

Ральф ничего не спрашивал, во-первых, не факт, что Николас удосужился бы ему что-то объяснить, во-вторых, не хотел. Интерес и предвкушение горячили кровь, он, наконец, очнулся. Мерзкая погода привела его в чувство, и ему не хотелось портить себе единственно возможное удовольствие от дежурства.

Шутки Фостера никогда не были скучными. Этот малый знал толк в развлечениях, а что развлечения слегка отдавали безумием… Это Ральфу даже нравилось. Зато весело.

Ветер стучал железом, выл в раззявленных окнах бывшего общежития, он заметил соответствующую табличку у входа.

– Четыре часа пополудни. Здесь сейчас белые, друг мой. И я тебя завербовал, – улыбнулся ему Фостер.

– Зачем это? – Бонк выгнул бровь.

– Ну, ты же идешь на ужин к Юрию, так почему бы не возложить на тебя какую-нибудь деструктивную миссию заодно?

– В принципе логично, – кивнул Ральф.

– Ты веришь мне? – вопрос Ника прозвучал неожиданно серьезно.

– Верю, – ни малейшего сомнения. Он и сам был этому удивлен. Когда он успел так сильно привязаться к младшему Холду, а главное, почему доверяет почти как себе?

Ник выдохнул, и Ральф понял, что друг не дышал, ожидая его ответ.

– Игра становится намного интереснее, если играть вдвоем, – поделился наблюдением Фостер. – Надеюсь, тебе понравится, – кивнул он скорее себе, чем Бонку, толкнул дверь и вошел внутрь.

У входа стояли несколько человек, Ральф насчитал шестерых, все были молоды, и никого в белом. На него смотрели с удивлением, но кивали, кто-то даже протянул руку. А вот Фостера приветствовали как старого знакомого. Столько фамильярности, странных издевок, снисходительных усмешек и даже высокомерия.

Высокомерие. К Холду. Во что ты играешь, Ник?

Белые не удивились нашивкам патруля на их плащах. Рыжий веснушчатый парень колко высказался о курсантах и нищих беспризорниках, которые все надеются, что им доверят что-то посерьезнее баллона с красной краской.

К чему бы это?

Николас робко улыбался и с отрешенным видом бормотал себе что-то под нос.

Интересно, очень интересно. Знает ли маршал об увлечении сына? Или «белые» – проект Холда-старшего? Слишком опасно, слишком нелогично, слишком рано делать выводы.

Их пропустили вперед, рыжий будто случайно толкнул Николаса плечом. Придурок. Ральф спрятал руки в карманах.