Страшные сказки ведьмы-воровки

– О нет, господин, что вы! Правда, Берта налила мне настойку черноплодки. Она сказала, что с одного бокальчика ничего не будет… – Май икнул, – мне тут вообще очень нравится, господин Лисц… здесь все такие добрые, хорошие… замечательное местечко. Ну это все к черту, женитесь на Эрике – останемся тут! Преуютнешее местечко!

– Боги, тебе следует проспаться… Что непонятного в словах «веди себя тихо и молчи»? Позорище на мою голову.

– Вы говорите, как моя мама. А вам нравится Эрика?

– Я ей не нравлюсь, – недовольно отрезал Мур, потащив Мая по-тихому на кухню.

– Ну, брак по расчету даже лучше. Супругам вовсе не обязательно любить друг друга… – с этими словами они вошли в кухню. Точнее Мур вошел, а Май еле волочил ногами.

– Извините меня, госпожа Генриетта, но мой брат совершил оплошность попробовав настойку черноплодки… Простите нас за причиненное неудобство, но можно его куда-нибудь уложить спать? Он слегка опьянел…

Вид детектива был настолько располагающий к себе, настолько виноватый, что суровый нрав Генриетты тут же растаял.

– Берта опять балуется? Вот паразитка, опять шутить вздумала! Ну, я ей сейчас поддам! – она решительно направилась к двери, как Мур остановил ее:

– Нет, нет! Вы не поняли меня – Май сам перепутал бокалы.

– Ну, смотри, – она улыбнулась, миролюбиво похлопывая его по плечу, – веди его в дальнюю комнату, прямо по коридору. Уложи его на диван, пусть отдохнет.

– Благодарю вас.

– И возвращайся – будем чай пить все вместе! Да и погадать нам сегодня надобно успеть!

Уложив благополучно капризного Мая в дальней комнате и по его же просьбе накрыв паренька с головой самым толстым одеялом, что он нашел в шкафу, детектив поспешил обратно.

Мур вернулся в гостиную и решил прокрасться наверх, проверить имеющиеся там комнаты. Он был уверен, что Эрике больше негде быть. Но как это было ни странно, наверху не было ни души. Постояв немного в ступоре, он спустился вниз. Получается, ведьма с сестрой улизнули, и никто этого не заметил?

Мур вышел на свежий воздух, и его осеннее пальто, явно не вписывающееся в местные погодные условия затрепыхалось от ветра.

В безысходности он зашел за ворота, и его взору открылась та самая тропинка, по которой несколько часов назад они с Маем так тяжело пробирались.