Аж 2о! Возрождение (восхождение) императрицы

Почему то, захотелось спать. Неожиданно, все тревоги отошли на задний план. Появилось такое спокойствие и безразличие ко всему происходящему, что я не сдержалась, и усмехнулась, глядя в глаза императора. На, что, тот, как то, по-доброму, улыбнулся мне в ответ. Всё изменил душещипательный звук. Перед глазами сразу всплыла картина кровавой расправы. Стая белых акул, окружив старого кита, отрывала от него кусок за коском, окрашивая океан в красный цвет. И, тут же мои мысли улетели далеко-далеко. Я увидела свой дом, в котором жила с родителями, двор с детской площадкой, сестрёнку и брата, гоняющих по ней на велосипедах, маму, возвращающуюся с работы, неся пакеты с продуктами, отца, нарезающего круги вокруг своей «ласточки» возле гаража.

И, так стало за себя обидно.

«Ну, уж дудки! Вы не лишите меня всего того, что мне так дорого!», – вскипела от ярости. Мне показалось, что и вода, чувствуя мои эмоции, вскипает вместе со мной. Я содрогнулась всем телом. Рыжая копна волос взмыла вверх, словно пламя костра, и снова обрамила моё лицо невесомыми прядями, не касаясь плеч.

– Остановитесь, док! Она в камере уже десять минут. Вы же её убиваете, – чуть ли не взмолился Алекс, глядя на мои конвульсии.

– Раньше нужно было, молодой человек, проявлять свои чувства. А, сейчас не мешайте. У меня всё под контролем, – ответил доктор, довольно улыбаясь.

Сквозь взбитую до пузырей воду, улыбки на монарших лицах, были похожи на звериный оскал при виде своей жертвы.

«Всё, с меня довольно!» – решила я. – «Что вылупились? Это вам не цирк шапито! Где эта долбанная красная кнопка?», – взмахнула я рукой, чтобы разогнать пузыри, и обалдела, увидев, как на моих глазах рука покрывается зелёными чешуйкам, а пальцы обрастают прозрачными перепонками.

Взглянула на вторую руку – та же фигня. Скользнула взглядом по груди, а она уже переливается всеми оттенками зелёного. Чувствуя, как чешуя, сковывая кожу, подкрадывается к шее, меня охватил такой ужас, который я не испытывали никогда. Мысль, немедленно выбраться из этот чёртовой капсулы, буквально, затуманила разум. Не найдя в пузырях заветной красной кнопки, я со всей дури ударила кулаком в стекло камеры, на которой, тут же появилась характерная сетка. Но, прозрачный экран не желал так просто сдаваться. Тогда я ударила в него снова, и снова, устремляя свой кулак в расползающуюся паутину. И, вот, камера, словно замерла на мгновение, и тут же разразилась скрежетом стекла. Вода, покачнувшись, мощным потоком ринулась на свободу.