Тераполисы. Начало

– Получается, этот Ларинов выбрал идеальное неприступное место для удержания заложников… – как бы закончила мысль за помощника Марго. – Ладно, свободен.

Мужчина спрятал планшет подмышку и, кратко кивнув начальнице, удалился. Теперь, имея на руках необходимую информацию, Сан Чоль предстояло придумать, как с минимальными потерями вызволить из плена Миранду и Людмилу Джонсон. Притом желательно сделать это как можно скорее, пока от неё не потребовали решительных действий влиятельный шишки тераполиса, вряд ли слишком обрадовавшиеся, что одну из них так легко захватили.

От этих размышлений её и отвлекло ощущение присутствия кого-то рядом. Кого-то, кого здесь не было ещё несколько секунд назад.

– Всё слышал? – шеф полиции даже не обернулась, обхватывая себя руками и зябко поёжившись – на улице стало ещё прохладнее.

– Разумеется, – мужчина вышел из тени, встав рядом с Маргаритой. Как всегда, облаченный в темно-красный костюм, полностью скрывающий тело и лицо.

Неизвестный герой тераполиса, будь он неладен…

***

– Ты не учёный, ты – идиот… – брюнетка опустила голову и теперь смотрела себе под ноги. Казалось, лишь туго связанные за спиной веревки мешали ей свалиться на пол от накатившей усталости.

– Миранда, тебе на уроках по безопасности жизнедеятельности не рассказывали, что заложники должны вести себя тихо и никого не злить? – громкий шёпот Людмилы сейчас сильно напоминал шипение гадюки.

 – Ты можешь помолчать, пока тебя на куски не порезали?

– Он же не настоящий преступник, – та вновь подняла голову, внимательно оглядывая своего пленителя. Голос Миранды продолжал звучать спокойно и размеренно. – Он считает себя самым умным, а в итоге попал в собственную ловушку, потому как оказался не в состоянии продумать нормальный план. Создать крутой барьер, в который невозможно попасть с помощью телепортации – это, конечно, звучит интересно.

Но скажи мне, Михаил Ларинов, на какую встречу ты в таком случае рассчитываешь, если останешься сидеть здесь, а герой из-за твоего изобретения не сможет зайти?

Повисшую в воздухе тишину, казалось, можно было бы нарезать ножом, если б не гул от системы очистки воздуха. Михаил размышлял. Конкретно сейчас он думал о том, насколько сильно его раздражали женщины.