Твоя жизнь и твоя смерть принадлежат мне

5

Для соревнования по метанию ножей из дома вынесли деревянный стол, поставили его набок, превратив в мишень. Обрисовали на нём контур Ёны, стоящего с расставленными в стороны руками и ногами. Договорились, что метать будут по четыре ножа. Двумя нужно будет попасть точно подмышки, третьим между ног, четвёртым – над головой. Чем ближе к контуру, тем лучше.

Первым метал ножи принц. В принципе, своим результатом он остался доволен. Три ножа легли так близко к контуру, что между лезвием и линией едва можно было прочертить ещё одну.

А вот четвёртый нож… если бы Ёна был на месте, то… нет, он бы остался жив, но без кожи на голове.

Следующим метать ножи выпал жребий Талталу. Он уже встал наизготовку, когда раздался голос Ловенсу:

– Предлагаю изменить правила! Что для таких мастеров, как Талтал и его ученик Хеджин, метать ножи в мишень?

– Что ты предлагаешь, Ловенсу? – не понял ХунЮн.

– Если, уж, факиры на площадях развлекают толпу метанием ножей в живого человека, то неужели признанным мастерам это не под силу?

У Талтала от гнева свело челюсти.

ХунЮн собрался возразить, но всех опередила Хеджин. Она произнесла звонким голосом:

– Я готов!

Мужчины обернулись на её голос – Хеджин уже стояла около стола, разведя руки и ноги в стороны. Талтал молча взял ножи и встал у обозначенной в пыли двора черты. Прямо посмотрел на Хеджин, но не ей в глаза, а сквозь неё. Потому что понял, если посмотрит, то не сможет бросить в неё нож. Или промахнётся…

Во дворе повисла гнетущая тишина.

– Остановись! Не надо! – хотел сказать принц, но успел произнести только первый слог.

Звук, появившийся в тишине, стал для Талтала сигналом к действию. Он методично начал метать ножи и не остановился, пока не использовал их все. Хеджин стояла, пригвождённая к мишени, и было не понятно, жива она или нет, так близко сверкали лезвия рядом с её телом. Только когда она шевельнулась, люди, собравшиеся во дворе, с облегчением выдохнули.

Хеджин сделала шаг вперёд, развернулась, спокойно вытащила ножи из деревянного стола и пошла по направлению к Талталу.

А Талтал пошёл ей навстречу. На середине пути они встретились. Карие глаза Хеджин заглянули в карие глаза Талтала. Его глаза были такими тёмными, почти черными. Хеджин поняла, что Талтал сердится. Сердится на неё. Вздохнула, не смея даже вообразить, какое наказание ждёт её после того, как гости уедут. Что же делать? Она же не знала, что всё зайдёт так далеко…

А Талтал не сердился.