Последний кудесник

Алексею бросилось в глаза, что за ближайшим к нему окном высился не просто дремучий, а невероятно дремучий лес, от вида которого аж мурашки по коже пробегали. Верхушки крон мшистых деревьев в несколько охватов терялись выше в сомкнувшейся сплошной крышей кроне. Оттого под ними царила если не тьма, то полновесный сумрак. Около дома снаружи он ничего похоже не видел: лес был поодаль и совсем иного вида. Даже по составу деревьев. Здесь же преобладали могучие дубы.

Алексей сделал пару шагов вперед по комнате, посмотрел на соседнее окно и удивился ещё больше: там увидел берег тихой реки, заросшей кустарником, ветлами, осинами, ольхой…

В следующем окне перед ним предстала уже довольно полноводная река с быстрым течением, стремниной и многими водоворотами.

По ней под раздутыми парусами несся струг с острым носом и широкой кормой, пеня перед собой воду и искусно обходя опасные места.

– Сноровистый кормщик на струге, – заметил кудесник, незаметно оказавшийся рядом.

 – Вельми умело правит. – Поймал взгляд Алексея и добавил: – Ты смотри, зыркай. А я поищу искомую книжицу.

Алексей закивал. Струг уплыл куда-то вдаль по своим делам.

Прошёлся по довольно просторной комнате, остановился у очередного окна. Посмотрел, и глаза его расширились: взору открылось безбрежное ржаное поле с уже поспевшими золотыми колосьями, гнувшимися к земле. Сверху на них лился яркий с желтизной жаркий солнечный свет.

Этот дивный вид навевал спокойствие и умиротворение.

Вдоволь налюбовавшись нивой, Алексей повернулся и за спиной обнаружил другое окно. Не сразу понял, что с ним? Оно показалось ему занавешенным чем-то снаружи, а потому не пропускало свет. Приглядевшись, понял, что дело совсем в другом: за окном царила кромешная ночь. Там о скалы ударяли могучие волны, вверх взлетали обильные брызги и пена.

Удивился, мысленно ахнув: «Какая ночь? Какое море?.

.»

Снова повернулся и поглядел на противоположное окно, залитое солнечным светом, а дальше за ним увидел то же ржаное поле, которое волновал ветерок.

«Что это такое? Как такое может быть?!.»

Крутнул головой к окну с ночью и морскими утёсами. Некоторое время смотрел на беснующееся море, затем обратился к колосящейся ниве…

Появилось желание видеть оба окна сразу – ночь и день.