Спаси меня

Это колокольчик в руках гипербантастой нарядной первоклашки, которую несёт на руках высокий темноволосый парень в белой рубашке.

Девчонка улыбается во весь рот. Тот, на ком она сидит, тоже. Колокольчик с повязанным на нём красным бантом истерично трезвонит над его ухом, но парень будто этого и не замечает.

Они поглядывают друг на друга – маленькая девочка и взрослый мальчик – так, что мне впервые становится завидно, и я сама не понимаю, чему. То ли тому, что я никогда не сидела ни на чьём плече, то ли из-за того, что мне никто не предлагал позвонить в колокольчик.

Или это потому, что никто никогда не смотрел на меня с такой гордостью, а я в ответ – будто счастлива выше неба. Как-то сразу я понимаю, что эти двое – брат и сестра, и что они, в отличие от моих друзей и знакомых, у кого есть братья-сёстры, очень друг друга любят.

Намного позже я узнаю их имена: Тимур и Вероника Яворские. Сын и дочь бывшего главы нашего района, два года назад погибшего в автокатастрофе накануне переизбрания вместе с женой и старшим сыном.

Сироты, как и я. Но более ничего общего между нами нет.

Они из другого мира. Шофёр привозит их к школьному двору на большой чёрной машине. У Ники каждый день новые банты в волосах. Тимур никогда не надевает одни и те же кроссовки два дня подряд.

Он провожает сестру до класса и всегда передаёт её из рук в руки учительнице.

Наталья Николаевна, учительница Ники, отчаянно лебезит перед семнадцатилетним пацаном и заискивающе с ним здоровается. Тимур каждый день интересуется успехами сестры, внимательно слушает ответы и хмурится, если они ему не нравятся.

Учительница из Натальи Николаевны так себе, знаю это не понаслышке. Пару раз она замещала нашу заболевшую Марию Ивановну. Любит повысить голос, любит вызвать на середину класса и при всех отчитать ни за что. Мне отчаянно хочется рассказать об этом Тимуру, но я не знаю, как это сделать и мучаюсь – от необходимости помочь малышке Нике и от страха перед взрослым мальчиком.

Страх пересиливает, и я молчу. Надеюсь всё же, что за счёт Ники Яворской Наталья Николаевна своё самолюбие тешить не рискнёт.

Я наблюдаю за ними год. Крыло «началки» отделено от остальных классов, и что происходит на других трёх этажах нашей школы, я не знаю. Нас водят только в музыкальный класс, который одиннадцатиклассники уже не посещают, и в спортзал. Наше расписание совпадает всего раз, и моё десятилетнее сердечко замирает, когда я вижу, как в прыжке Тимур яростно кладёт мячи в баскетбольную корзину.