Любовь и корона. Книга 2. Любовь и лёд

Я опять позволил вырваться моим чувствам. Совсем чуть-чуть. Хочу, чтобы ты забыла, что наш предстоящий брак – лишь королевская обязанность, а я – навязанный тебе волей отца мужчина. Дай мне второй шанс начать наше знакомство сначала и завоевать твое сердце, моя прекрасная дама.

Принцесса ошеломленно округлила глаза, и Алэр понял, что даже эта глупышка не съест за один раз столько патоки.

– Ваша многоликость… вы… вы заболели? – пролепетала девушка, сдвинув брови, но ее взгляд тут же засветился пониманием, а миленькое личико озарилось улыбкой, которая безумно ей шла.

 – Ах да… многоликость же!

Летта беспомощно оглянулась на фрейлин, не посмевших следовать за ней, в отличие от Яррена. Полукровка остановился все так же в пяти шагах, нахмуренный, напряженный, готовый к любой неожиданности.

Император перехватил ее взгляд на телохранителя и скрипнул зубами.

– Все-таки он?

– О чем вы?

– Он – твой возлюбленный?

– Не оскорбляйте меня, милорд! Вы только что просили прощения, и я еще вас не простила.

– Прости и за это, моя роза, – рвано, с притворным смирением вздохнул Алэр, подумав, как же прав проклятый Азархарт, он действительно разучился соблазнять девушек. Нельзя пугать невинный цветочек столь яростными порывами. – Больше никаких подозрений, никогда.

– Мне нелегко поверить вам.

– Понимаю. Я завоюю твое доверие.

– А Марцела? Она по-прежнему будет вашей наложницей?

Император сдержал довольную улыбку: принцесса сама заговорила о бывшей фрейлине.

– О, нет! Никаких наложниц! Признаюсь, я ее не трогал, лишь хотел подразнить тебя, вызвать твою ревность.

Леди приняла отставку и захотела вернуться на родину, к отцу. Я ее сразу отпустил, еще три дня назад.

Краем глаза Летта заметила, как дернулся Яррен, отрицательно качнул головой, а его ладони сжались в кулаки. Странное беспокойство охватило принцессу.

Кусая губы, она спросила:

– Когда виконтесса уехала и как? Посол Гардарунта ничего не говорил об ее отъезде.

– Мммм… Не интересовался, но узнаю, если нужно, – император махнул рукой, словно речь шла о пустячной безделушке.

 – Но мне не нравится, что мы говорим о каких-то посторонних вещах.

Летта словно не услышала.

– Человек – не вещь. Верните ее, ваша многоликость. Вы ведь можете отправить срочное послание постовым? Вряд ли Марцела добралась до границы за это время. Прошу вас!

– Зачем?

– Я не сержусь на нее. Для леди ее статуса будет позором вернуться вот так, словно беглянка, вопреки присяге.