И снова Колчина

Девчонки обещали, что второй раз будет лучше, но и во второй раз ей не понравилось, парень дергался на ней, потел, старался, а она не зная, что делать, лежала и ждала когда уже, наконец, закончится это мучение. Потом Маша решила, что постельные утехи не для неё, и разорвала все отношения с Родионом, и осталась еще и дурой набитой, бревном и холодной стервой. От обиды Мария проплакала двое суток, и отдалась своему любимому балету, благодаря чему окончила заведение с красным дипломом. Больше она не пыталась заводить с парнями романтических отношений.

С такими не веселыми воспоминаниями она провалилась в сон.

Филипп после кинутой фразы девчонки в спину разозлился, его потряхивало, так и хотелось влететь к ней в спальню и показать, что может с ней сделать извращенец. Но почему то больше его расстроило, то, что она назвала его старым, С Т А Р Ы М! Он считал себя еще вполне молодым мужчиной, и надеялся построить семью. С рождением Жанна – Филиппа, его мировоззрение встало на место, и он хотел еще детей, хотя бы одного или одну.

Лилиан Болье не оправдала его надежд, хотя он и сам не определился с ней, брать в жены знаменитость, это вечные гастроли, концерты, с ребенком затянется. После того, как она легко поддалась на провокацию Ахмеда, эта женщина упала в его глазах. Так еще и снова встретилась с греком, и не постеснялась пригласить его. И еще эта Мария, так отреагировала как вчерашняя девственница, а сама готова лечь под старика, за деньги.

И на фига он вообще притащил её к себе домой? Приставил к сыну? Он знал ответ, Филипп её захотел, с первого взгляда, тогда в аудитории, когда еще не знал, что она родственница Марго, увидел её, и сразу прострелило в паху.

А теперь, когда она была под Ахмедом, он сомневался что возьмет её, но желание трахнуть девочку, пока не пропало.

Утром Мари, открыв глаза, сначала растерялась, но вспомнив, что она делает в этом доме, быстро соскочила, умылась, у неё еще встреча с её неожиданным работодателем. Накинув вчерашнее платье, она спустилась вниз.

С кухни разносились приятные запахи, давно не употреблявшей Колчиной домашней пищи стало грустно, она вспомнила дом. Пройдя на кухню, натолкнулась на суетившуюся Гретту.

– Доброе утро – улыбнулась она приятной пожилой женщине.

– Мари – воскликнула мадам Кюи, – ты ранняя пташка. Завтрак скоро будет готов, Жан еще будет спать, а вот у Филиппа сегодня дела по его виноградному бизнесу. Просил его разбудить, если сам не спустится.