Игра Мертвеца 2

Раздаётся дикий вопль проткнутого мужика, а следом мерзкое хрустящее чавканье, с которым сплющивается лицо здоровенного гнома под натиском мощных пальцев Чана. Чан рывком вытягивает гнома сквозь дыру в брюхе мужика, и мёртвый гном, потерявший лицо во всех смыслах, падает на пол вместе со своим кричащим «спасательным кругом» из человека. Чан топает по голове «спасательного круга», раздаётся тошнотворный хлопок, и по полу, в растекающейся луже крови, заскользили мозг и глаза вперемешку с осколками черепа, мясом и хрен его знает, чем ещё, потому что я, если признаться честно, отвёл взгляд.

Но зря я надеялся, что, отведя взгляд, я избавлю себя от необходимости наблюдать зверские убийства, потому как мои глаза упёрлись в Ненависть, который, судя по всему, был намерен доказать себе и нам всем, что он ничуть не менее отмороженный головорез, чем Чан. Обезумевший чёрный эльф с остервенением лупил шариковой ручкой (скорее всего, взял с полки импульсивных покупок у кассы) в шею сухопарого старика.

Зал заполнили испуганные вопли актёров… Кажется, рехнувшегося Чана и Ненависть они боялись куда больше, чем тварь из тумана, так как сейчас им явно было совершенно плевать на то, что эта тварь услышит их дикие вопли…

– Твою мать… – покачал головой я. – Надеюсь, Элли этого не видит…

– Я это вижу! – раздался голос у меня в ухе.

– Легче сказать, чем сделать… – невесело пробурчал я…

– Ты капитан! – резонно напомнила мне супруга. – Делай свою работу!

– Ладно, сейчас разберусь, – кивнул я и, закрыв глаза, несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул:

– А ну быстро прекратили убивать несчастных актёров! – грозно прокричал я.

Зря я думал, что мой командный голос подействует на них, как ведро ледяной воды. Эти вонючие козлы меня проигнорировали… Чан, обхватив ногами тело кассира, самозабвенно отделял его голову от тела, вырывая её вместе с позвоночником, а Ненависть выдавливал глаза очередному гному, замаскированному под ляльку в коляске…

Ладно, ублюдки… Хотите по-плохому – будет по-плохому… Я взял разбег, намереваясь снести Чана своим любимым ударом двух ног в полёте, но не учёл двух факторов: первый – больное колено, второй – лужи крови на полу.