Калабрийский Король

А мужчиной рядом с ней оказался Синьором Гриффином, о котором я много слышал из её неумолкаемых уст и видел на общих фотографиях с сайта Дома.

Новообретённые родители Авроры.

– Ты соскучился по мне, Pasticcino [с итал. Сладкая булочка]?

Старушка подняла руки и ухватилась за мои щёки, сжимая их к центру.

– Безумно, la mia Vecchietta [с итал. Моя пожилая леди], – невнятно ответил я, будучи похож на рыбу-губан.

Она принялась целовать меня, как это было принято при встрече в наших краях, когда Синьор Гриффин просто прошёл мимо, кивнув мне в знак приветствия, продолжая катить огромный чемодан дальше по коридору.

Амелия относилась к своим бокадильо именно так.

– Ещё чуть-чуть и вы съедите его, – тихо посмеиваясь, стоя рядом, сказала Джулия.

– С удовольствием!

Сколько любви было внутри этой женщины? Дети в Доме явно никогда не был обделены её вниманием.

– Будьте осторожнее, Мисс, – предупредил, зашедший внутрь, Доминик. – Вы в его вкусе.

Резкий скрип заставил всех остановить театр смеха и обернуться назад, туда, где стоял мужчина, чья морщинистая рука с силой сжимала ручку чемодана, а седые брови упали на глаза, пронзающие меня навылет.

Доминик позади меня усмехнулся.

– Ты попал.

– Он шутит, – оправдался я, не зная мог ли обернуться обратно к Синьоре Уильямс и не получить чемоданом по спине от её кавалера. – Были бы вы на пару лет младше, я бы подумал, – всё-таки сделав это, шепотом добавил.

Старушка покраснела, ещё раз потрепала меня за щёку и направилась вперёд к своему…

Стоп. Они же были в разводе.

Что все эти люди вообще здесь делали?

– Он так переживает, что они снова могут расстаться, – мило проговорила Аврора, облокачиваясь на плечо своего мужа, глядя на родителей.

Доминик положил руку на её висок и поцеловал в щёку.

– Не переживай об этом. Дети просто не позволят этому случиться. Или вновь начнут сталкивать их лбами в Доме и запирать в комнатах, – предложил он.

Так значит… Они одумались.

Я быстро обернулся и ещё раз посмотрел на пожилую пару. Синьора шла рядом со своим мужчиной, пока он медленно вёз их огромный чемодан дальше по коридору и смеялась над его обижено-грозным лицом и безумно влюблёнными глазами, которыми он смотрел на неё.

Никогда не было поздно влюбиться снова.

Или понять, что ты делал ошибку, отказывая себе в этой любви.