Я вернусь через тысячу лет. Книга 2

На шее Тора и Сара уже не было «зубастых» боевых украшений, а мирно болтались вчерашние красные ленточки…

В селении поопадали языки костров. Никто не подкидывал в них сучья, не бил камнем по камню старик с редкой бородёнкой. Глаза его не отрывались от экрана. Судя по запаху, где-то сгорела рыба…

Веером прошлась Розита по лучшим певцам трёх веков – с тех пор, как только появилось на свете звуковое кино, – от Энрико Карузо и Фёдора Шаляпина до кумира нашей юности Евгении Недро. А потом решила показать ещё и массовость искусства у «сынов неба» – итальянский женский хор, весь в белом, с «Аве, Мария!» и пёстрый русский милицейский – с волшебной «Калинкой».

Завершил эту часть концерта редкий исторический кадр: военный оркестр уходил после парада с Красной площади под «Прощание славянки». И невольно вспомнилось тут наше, чисто уральское:

…И марш «Прощание славянки»

Оркестр проносит духовой.

А на платформах танки, танки –

Частица почты полевой…

Когда прощаются славянки,

Идут славяне в смертный бой!

Мой город! Его история, его судьба, его древний поэт Лев Сорокин…

Но нет их в этом концерте.

Мудрый Тор повернулся ко мне и спросил:

– Так живут сыны неба?

Всё понял! Не зря он тут вождь!

– Так, – ответил я.

– Купы хотели бы стать их друзьями.

– Сыны неба скрепляют дружбу кровью, – сообщил я.

– Для этого крови не жалко, – ответил Тор. – Сколько надо её пролить?

– Одну каплю.

– Так мало?

– Для дружбы – достаточно.

– Я готов.

– Сегодня мы это сделаем, – пообещал я.

Тор сжал моё плечо и повернулся к экрану. А там прекрасное лицо Розиты уже глядело нам глаза в глаза, самым крупным планом, и необычно тихое, приглушённое её контральто предупреждало:

– Сейчас прямой эфир, Сандро! Слышишь? Прямой эфир!

И она запела свою песню – ту, которую впервые услышали мы с Бирутой в тёмном биолёте, мчащемся сквозь безлунную здешнюю ночь от Города к нашему межзвёздному кораблю на космодроме:

На планету,

Где нет зимы,

Где весной

Не журчат ручьи,

Где леса и луга –

Ничьи,

Навсегда прилетели мы.

Здесь не знали,

Не ждали нас,

Жизнь текла

В первобытной мгле, –

Как когда-то и на Земле,

Где я родилась.

Почему-то захотелось в эту минуту разыскать глазами Лу-у. Я повертел головой и обнаружил её сидящей на земле возле хижины и неотрывно, напряжённо глядящей на экран.