Я вернусь через тысячу лет. Книга 3

Перед глазами были только руки, ноги да чудесный ласкающий взгляд Розиты – в бешеном танце, в бешеном темпе. Снова и снова! Как в бреду…

Выплывать из бреда стал я, когда на сцену тихо вышли супруги Косовичи со скрипкой и альтом.

– Паганини, – тоненьким голоском объявила моя тёзка, Алессандрина, которую в «Малахите» называли так же, как меня – «Сандра». – Соната номер три, – уточнила она. – Обычно исполняют её с гитарой. А мы давно исполняем с альтом. Судите сами!

И чистым звонким горным ручьём, с хрустальными перепадами и водопадами, с редкими тихими заводями, понеслась с заснеженных вершин пронзительная мелодия.

И в ней сразу сосредоточились для меня и трагическая жизнь самого Паганини, и детские да юношеские мои мечты о том, чтобы побродить по прекрасной Италии. Но на Земле этого я не успел. Лишь в стереокино гулял по итальянским городам да в неподвижных голограммах осторожно трогал неповторимые мраморные скульптуры.

Судить об уровне исполнения я не мог – не тот знаток… Для меня оно было прекрасно! Как и то бесконечно далёкое в пространстве и во времени место, где познакомился я с миниатюрной итальянкой Сандрой.

Я спешил тогда в киберлабораторию «Малахита», и звонкий девичий голос окликнул меня на одной из аллей:

– Сандро! Сандро!

Я обернулся и увидел, что незнакомая девчонка смотрит мимо меня и подзывает кого-то рукой. Шёл первый «малахитский» месяц. Мы ещё мало кого знали. Тысяча девчат со всего мира, тысяча парней…

– Вы ко мне? – растерянно спросил я.

Она отрицательно помотала головой, и в это время из боковой аллеи донеслось:

– Эля, я тут!

Прелестное маленькое создание вывернулось из-за кустов, почти ребёнок – однако со вполне развитыми женскими формами.

– Ты тоже Сандра? – спросило меня это создание и лучезарно белозубо улыбнулось.

– Тоже, – согласился я.

– Тогда будем знакомы, тёзка! – Она протянула крохотную ручку.

 – Сейчас ты нас извини – мы бежим в музыкальную студию. Если интересуешься скрипкой, приходи туда!

Скрипкой я не интересовался, в музыкальную студию не пошёл, некогда было. Но Сандру Тонелли быстро выделил среди других «малахитских» красавиц и улыбался ей ничуть не менее лучезарно, чем она мне. Дальше этих улыбок на бегу дело не двигалось. Она не заговаривала, я – тоже.

А вскоре в мою жизнь тихо, незаметно, но прочно вошла Бирута.