Магия во мне

– Заходи, не люблю повторять!

Зашла, направилась к столу, поставила бутылочку, развернулась, чтобы уйти, а он перегородил мне дорогу своей высокой фигурой. Я за прокинула голову, чтобы нагло взглянуть ему в глаза янтарного цвета и попыталась сказать четко, не выдавая страха:

– Три капли перед сном и отдых обеспечен.

Обошла его и направилась к двери.

– Не так быстро, как тебя зовут?

– Ариленна Ариас! Это все, я могу идти?

– Нет

Он снова подошел, протянул руку, поймал за волосы, потянул, почувствовала легкую боль, но ждала, что будет дальше.

А он улыбнулся, наклонился ближе, так что я почувствовала его дыхание и сказал:

– Не люблю, когда простолюдины не знают, где их место!

– Что? – не сдержалась. О чем это он?

– Ты никто, и не смей садиться за моё место в аудитории, ты меня поняла?

– Ты шутишь?

Я боюсь, но что он думает, злость побеждает мой страх.

Он сжал волосы и потащил еще сильнее, поморщилась, но взгляд не отвела.

– Ты не боишься? А зря.

Он начал наступать на меня, я отходить, пока не уперлась в стену.

Он отпустил волосы, положил руку на шею и легко сжал. Мне страшно, он сумасшедший! Что делать?

– У тебя были мужчины?

– Не твоё дело!

– Значит, нет. – подтвердил он.

– Тебе отказали все магички, и ты взялся за простолюдинок!

Что я несу, зачем злю его?

Он засмеялся, не громко, хорошая у него улыбка, хотя он – козел.

– Нет, просто ты разозлила меня, а я такого не прощаю, раздевайся.

Дышать перестала, ноги подкосились, хорошо у стены стою, а то бы упала, и тут я решила блефовать.

– Перед тем, как зайти к тебе, я забежала к ректору и сказала куда иду, и причину сообщила, поэтому не надейся, что тебе это с рук сойдет!

– Даже так? Разумно! Все равно мне ничего не будет, и ты это знаешь.

– Знаю! Но инциденты записывают в личное дело, и тогда оно у тебя не будет такое белоснежное.

Я улыбнулась, намеренно не хотела показывать свой страх, не хотела ничего просить, не буду унижаться ни перед одним магом, понимаю, что сейчас не уместно показывать свою гордость, но кроме гордости у меня больше ничего нет.

В коридоре послышались шаги, и в дверь постучали. Лексиан открыл. В дверях стоял тот самый комендант общежития, что не хотел мне помочь:

– Сэр, вас вызывает ректор!

Лексиан посмотрел на меня, я на него.

– Уже иду! – ответил он.

Комендант кивнул и ушел. На меня не смотрел, будь здесь мой труп, он, видимо, никак не отреагировал бы, вот сволочь.