Наблюдатель

Асахи смотрела ему прямо в глаза, кажется, она удивилась.

– Айя, чертовка! Где тебя носит! – раздался из дома грубый окрик хозяйки.

Асахи вздрогнула всем телом.

– Простите! – она поспешно, неловко поклонилась и убежала в дом.

– Асахи Айя, – бормотал по себя Александр. Он перебрал в уме все почёрпнутые им из всемирной сети знания, но имени Асахи, в них не было. «Это совсем не странно! Во-первых, она могла выйти замуж или стать наложницей под другим именем или что ещё вероятнее, могла не дожить даже до четырнадцати!» – подумал он.

Этот день постепенно заканчивался, и воздух вокруг стал неприятно серым. Александр всё также сидел на длинной веранде постоялого двора и смотрел на пыльную дорогу, на которой не было ни одного путника. Вышла хозяйка посмотрела на дорогу, на её белом лице не отразилось никаких эмоций, не сказав ни слова, она ушла в дом. Александр подумал о том, что она уже немолода, почему-то сейчас это стало очень заметно. Нужно было уходить отсюда. Он представил себе, во что превратиться это место уже очень скоро. Может быть уже этой ночью. На веранде появилась Асахи, босая она начала мыть деревянный пол, макая серую тряпку в стянутое обручем ведро. Она старательно ползала по полу, подоткнув подол юкаты, Александр смотрел на её угловатые детские коленки, покрытые царапинами, время от времени Асахи вытирала выступивший на лбу пот, щёки её покрыл болезненный румянец. У него возникли мысли о том, что эта девочка, такая слабая, на такой тяжёлой работе в любом случае не переживёт надвигающуюся зиму. Он поймал себя на том, что всё время ищет оправдания, которые позволят ему ничего не делать. Впрочем, он и не мог ничего сделать. Асахи остановилась, тяжело дыша, и посмотрела на него. Полы её юкаты распахнулись, и Александр увидел её маленькую ещё не сформировавшуюся грудь. Поняв, куда он смотрит, Асахи вспыхнула, запахнула полы юкаты, затянула пояс и ещё ожесточённее принялась оттирать доски пола. Нужно было срочно уходить отсюда. Александр встал и пошёл в дом. На постоялом дворе почти никого не осталось, он увидел хозяйку, сидевшую сгорбившись понуро опустив руки, на лице её было написана покорность судьбе. Увидев Александра, она подняла на него взгляд узких, наполненных отчаяньем глаз.

– Вы тоже уходите? – спросила она.

Честно говоря, Александр хотел сказать ей именно это. Вместо этого он потянулся и ответил:

– Я решил задержаться ещё на сутки.